— М-м. — Она отворачивает лицо.
— Не холодно?
— М-нет.
Ты наливаешь в ладонь масла и размазываешь по ее телу. На этом этапе можно легко потерять контроль, соскочить с ритма, не отрегулировать нажим и смену темпа. Чувствуешь, как исчезает напряжение из мускулов у нее под кожей, ослабевают узлы. Ощущаешь, как стресс покидает ее тело. Она тонет в полотенцах, на которых лежит. Особенная напряженность сосредоточена в плечах, что закономерно. Ты представляешь, как она тянет на этих плечах груз ответственности, и шаг за шагом забираешь этот груз. Мельчайшие частицы напряжения, сомнений, изнуряющий характер необходимости держать все под контролем — все это медленно тает. Гипнотическое прекрасное ощущение.
Ты говоришь ей об этом. Разговоры во многом определяют эффективность всей процедуры для Карин, по крайней мере на данном этапе.
— При каждой нашей встрече я все больше узнаю о твоем теле, — произносишь ты. — Обожаю чувствовать твою кожу под руками.
Она никак не реагирует.
— И как, приятно, — спрашиваешь ты, — отпускать себя? Тебе стало лучше?
Она, соглашаясь, мурлычет.
— Когда вернешься домой, будешь чувствовать себя как новенькая. Приезжай ко мне, и я тебя подлатаю.
Она вся высвободилась, стала словно вода, тело превратилось в одну длинную паузу. Ты проводишь рукой по внутренней поверхности ее бедра, опускаешься в щелку между ее ногами. Губы Карин остаются распухшими от удовольствия недавнего оргазма, и обострившаяся чувствительность заставляет ее немного подпрыгнуть.
— Расслабься, Карин, — говоришь ты.
Она подтягивает бедра к тебе.
— Еще рано, — говоришь ты. — На этот раз тебе придется подождать. Будем играть по моим правилам.
Она дрожит, но не от холода: ее кожа горит, живая, возбужденная под твоими пропитанными маслом руками. Ты снова проскальзываешь вниз, теперь более решительно.
Она слегка выгибается назад, подтягиваясь к тебе. В качестве наказания ты убираешь руку снизу — каким бы твердым и манящим он ни был — к ее плечам, расслабляя напряжение, которое вновь появилось.
— А ты любишь подразнить, — говорит она.
— Да, — говоришь ты, — люблю. Но ты кончишь только тогда, когда я тебе позволю, Карин, таковы правила.
Половина успеха заключается в верном расчете времени. Ты хочешь заставить ее ждать до самого подходящего момента, до точки, в которой оргазм будет по-настоящему потрясающим. Если не рассчитаешь время, зайдешь слишком далеко, она останется разочарована, и тогда удовольствие будет больше напоминать освобождение, что само по себе не впечатляет. Но ты знаешь Карин, знаешь ее тело и то, сколько оно может выдержать. Ее пальцы от расслабленности снова переходят в напряжение, сжимаются и отпускают. Ты возвращаешься к ногам, наливаешь больше масла, чтобы пальцы скользили. Она достаточно влажная между ног. Ты скользишь пальцами между бедер и внутрь, растягивая ее. На этот раз нежно, успокаивающе.
— Да, — говорит она. — Да.
— Не торопись, — отвечаешь ты. Теперь ты массажируешь ее целенаправленно, всего минуту. Чувствуешь, как она сжимается вокруг тебя. — Перевернись.
Она подчиняется, неловко поворачиваясь. Ее грудь раскраснелась. Карин улыбается тебе с закрытыми глазами и произносит:
— А ты натренировался. С каждой нашей встречей становишься лучше.
— Никаких разговоров, — говоришь ты.
— М-м.
— И я думаю, тебе уже почти пора опять кончить. Но не совсем.
Так проще; ты видишь ее лицо, концентрацию, даже несмотря на плотно закрытые глаза. Ты двигаешься с четким ритмом, делая паузы, замедляясь. Выстраиваешь напряжение до точки, когда думаешь, что она достигла пика, и уводишь ее обратно. Здесь есть граница. И тебе нужно найти ее.
Ты видишь, как она сжимает руками край массажного стола, колени ползут вверх, нижняя часть тела поднимается с кровати и она толкает себя на твою руку.
— Э нет, — говоришь ты. — Время еще не пришло. Не совсем.
— Эйден! — ахает она. — Пожалуйста…
Специально для нее ты ускоряешься. Ее тело сжимается вокруг твоей руки.
— Теперь, — говоришь ты. — Теперь можешь кончать…
И через секунду Карин испытывает оргазм. Ее торс поднимается над кроватью, пальцы ног вытянуты стрелой, голова запрокинута назад. Она хватается за полотенце. Проходят секунды. Ты поддерживаешь давление в одном месте.
И наконец она расслабляется и падает обратно. При этом Карин смеется, убирает волосы с глаз рукой.
— Эйден, ты меня убиваешь. Реально убиваешь.