— Я бы попросила тебя остаться, — говорит она. — Но сейчас из меня выйдет не лучшая компания. Мне очень жаль.
— Все в порядке, — отвечаешь ты, улыбаясь ей, пытаясь показать, что говоришь от чистого сердца.
— Я даже не спросила, как прошел твой день.
На этот раз ты улыбаешься уже по-настоящему.
— Хорошо. Но я рад, что все закончилось и я смог вернуться домой.
Через несколько минут ты закрываешь за собой дверь коттеджа. Внутри холодно, потому что тебя не было целый день. На замке есть защелка, и обычно, оставаясь дома, ты не утруждался закрывать ее. Но теперь уставился на щеколду, вспоминая об Уилле, о том, как он шастает здесь без разрешения, пугает людей, вмешивается в дружеские и семейные отношения, которые его не касаются.
И ты закрываешь дверь на замок.
Вероятно, Саре тоже стоит завести такую привычку.
Сара не может заснуть.
Следовало бы принять ванну, немного отогреться, расслабиться, потому что теперь, лежа в постели, она остается один на один с темнотой и ничто не может отвлечь ее от мыслей; мысли собираются над ее головой, отвоевывая друг у друга пространство.
Даже с учетом денег, которые Эйден платит за аренду, у нее не наберется достаточной суммы. Она не хочет доводить себя до банкротства или доставать деньги на дом через нецелевой кредит, потому что об этом узнает Софи и начнет расспрашивать, почему Сара не просила о помощи. Конечно, она могла бы и в самом деле обратиться за помощью к Софи. Но как ей потом отдавать, и, даже несмотря на то что долг — дело рук Джима, а не ее, Сара просто не в состоянии говорить о нем с подругой.
Сама мысль наталкивает ее на воспоминания об отце, тому едва перевалило за пятьдесят, когда он умер от сердечного приступа. Он был гордым человеком, и деньги всегда оставались его личным делом. Он бы скорее жался по углам и лез на стенку, чем обсуждал свои финансовые проблемы с другими, тем более с состоятельными друзьями. Конечно, у нее есть еще сестра Кей, которая живет в Девоне с собственной семьей, сейчас они редко выходят на связь. Может, стоит попросить у нее? Разговор бы выдался не из простых. Они с Сарой никогда особо не ладили и с трудом заставляют себя обмениваться открытками на Рождество.
Потом, кроме того, имеется еще один вариант, поближе к дому. Обратиться к Луису, ведь он, кажется, неплохо зарабатывает. Уилл говорил о контракте с большим отелем. А теперь на Луиса работает целая бригада. Может, если бы ей удалось наладить с ним отношения, он мог бы дать ей работу? Она бы и собак брала с собой.
Но Луис не вариант. Даже если бы она заставила себя попросить его, а она не заставит, что делать, если Луис откажет? Как она при таком раскладе вообще сможет с ним помириться?
В темноте Сара закрывает глаза и начинает глубоко дышать, медленно, пытаясь расслабиться, вытолкнуть из себя все мысли о деньгах.
За окном шумит ветер, носится вокруг дома и откалывает непрочные камешки, проникая в зазоры, прорехи и мышиные ходы. Вот и еще одна проблема, требующая решения: дом нуждается в капитальном ремонте. Пусть даже она найдет покупателя для фермерского особняка из серого камня, стоящего на холодном сыром склоне за мили от цивилизации, любой сумасшедший, который решился бы его купить, взглянув на строительный отчет, моментально пошел бы на попятную.
Вдруг какой-то шум — не ветра за окном, чего-то ближе — заставляет ее снова открыть глаза. Она садится на постели. Дверь в спальню, плотно прикрытая Сарой, теперь распахнута настежь. Она слышит тихое поскуливание, и хвост Бэйзила начинает стучать по ковру. Обычно пес спит внизу, но сегодня, должно быть, почувствовал, что ей не помешает компания. Сара протягивает руку в пустоту, слышит, как Бэйзил шлепает к ней, чувствует, как он лижет ей пальцы теплым языком, а потом с по-собачьи тяжелым дыханием устраивается на полу возле кровати.
Сара вновь закрывает глаза и переключается на другие мысли. А вдруг Китти выпила и возвращается домой одна, потому что Оскар, кем бы он ни был, ушел с другой… Вспоминает, как взбешенный Луис кричал на нее утром после своего двадцать первого дня рождения… А затем видит перед собой потерявшего сознание Джима на соседнем сидении, со следами крови на лице.
Часть четвертая
Поезд Китти прибывает в шесть тридцать. Сара отправляется в деревню на исходе дня, потому что сегодня открыт рынок и перед закрытием можно запастись свежими недорогими фруктами и овощами. После рынка она едет в Тирск и заглядывает в «Йоркширские предложения», чтобы набрать стирального порошка и туалетной бумаги. Нагрузив машину под завязку, Сара направляется за город, мимо ипподрома на станцию, там паркуется и ждет.