Еще одна ночь и день. А я, как сонная муха, на работе. Утром написал Вадим, что прилетит к вечеру для того, чтобы подписать бумаги. Я предложила ему сделать это электронной подписью, но нет же. Не согласился. Сказал, что нужно все обговорить.
Злюсь. Снова сама на себя. Но тут же цепляюсь за слова Ники. Снова. Рассказать все ему. Да, наверное, это будет прекрасный вариант, почему нет? Осталось только всю свою смелость сгрести в кулак и выдать ему:
– Ковалев, у нас есть сын…
Или:
– Вадим, у меня есть ребенок. Ты – его отец…
Еще вариант:
– Я должна была тебе сказать, но не сказала…И сейчас не хочу говорить…
Господи, как же это бредово звучит!
Запускаю пальцы в волосы. От досады не знаю, куда себя деть. На часах три дня, и я все еще не понимаю, как вести с ним диалог. Да, последнее время он меня не дергал своими неожиданными прилетами. Он звонил. Один раз в день, в рабочее время. И могло прилететь от него сообщение, что-нибудь уточняющее по работе. Все.
Будто и не было того разговора и слов, чтобы я не торопилась замуж. Это какая-то тактика? Поселить сомнения и сделать вид, что ничего не было? Или это время на подумать?
Мозг кипит, в груди печет, в животе от гребаного ожидания все сворачивается в тугой узел. Кажется, болит каждая нервная клеточка. Я сама себя загнала в этот угол. Сама! И прекрасно это понимаю. Но как все это исправить?
Ответ на поверхности. Все рассказать. Я же сильная, смелая. Должна справиться.
Должна…
Смогу ли?
Выхожу из-за стола, чтобы нервы так не сучили. А то аж дыхание спирает. Прохожусь по кабинету туда-сюда. Вдох-выдох… так и до нервного срыва недалеко. Хожу по краю.
Поглядываю на часы. Вечер – понятие растяжимое.
Успеваю спуститься в ресторан, там выпиваю чашку чая. Поесть бы, да в горло ничего не лезет. Поднимаюсь снова наверх.
“Я подъехал», – прилетает сообщение, и мое сердце снова подпрыгивает к горлу. Ну когда я перестану на него так реагировать?
Выхожу из кабинета, чтобы его встретить, и до всех дел нам действительно нужно все обсудить. Но на подходе к лестнице меня останавливает Лиза.
– Ждана Владимировна, помогите, пожалуйста, – и просит пройти с ней к постояльцам в номер этажом выше.
Пока я объясняю упрямой гостье, что да как у нас работает в отеле, у меня в руке еще пару раз подает сигналы телефон. Два сообщения, но прочитать я их пока не могу.
– Еще раз просим прощения, но… – повторяю, как мантру.
Да, у нас именно столько полотенец положено. Завтраки по номерам не носят, если не просили. И большая просьба впускать персонал для уборки номера, а не кричать, что у меня не убираются…
Кое-как приходим к общему знаменателю и, пожелав хорошего вечера гостье, побежала скорее вниз. По пути открываю сообщения. Одно оказывается от Вадима, второе – от Никиты. И если Вадик написал, что ждет внизу, то Ник пишет о том, что он меня ждет, так как мы договаривались сегодня свозить Максима в парк.
Я забыла! Черт возьми! С этими нервами в моей голове полная сумятица.
И что это получается? Они оба сейчас ждут меня?!
Замираю, дочитывая последние буквы в сообщении Ника и, оторвав взгляд от экрана телефона, ищу взглядом мужчин.
Они стоят, разговаривают. А я, как воришка, неуверенно направляюсь к ним. На пути у меня колонна, и я застываю за ней.
Сердце бьется о ребра, словно в каком-то ужасном предчувствии.
– …да я своих вытащить на прогулку хочу. Договаривались, но видимо Ждана заработалась снова и забыла. Мелкого развлечь надо, – говорит Ник.
– У вас есть ребенок? – спрашивает Вадим у Никиты, а я готова сквозь землю провалиться.
– У Жданы – да, – выдаёт меня с потрохами. – Сын.
Вадик оглядывается, будто ищет меня, но я позорно прячусь за колонной.
– Женюсь, усыновлю, – заверяет его мой мужчина. – Хороший пацан.
– Сколько ему?
– Три с небольшим, сейчас фотку покажу, – и он лезет в телефон в поисках удачного снимка.
А потом показывает экран телефона Ковалеву. Я считываю каждую эмоцию когда-то любимого человека. И прекрасно понимаю, что Вадик все понял.