— Обозналась? Вы шутите?
— Извините, но я жду здесь одного человека.
— А разве не меня?
— Нет. Я жду серый «крейслер».
— Вот он. — И она рукой показала на свой автомобиль.
Я заколебался.
— Я жду Бетти Портер из Санта-Моники, — упрямо сказал я. — Я только что говорил с ней по телефону, а познакомились мы в Москве.
— Все правильно! В отеле «Украина»! Это я. Разве вы меня не узнали? Я получила вашу открытку, которую вы послали из Нью-Йорка!
— Вы? Так это, выходит, вы?!
Дама сразу стала серьезной.
— Я вижу, вы ждали не меня. Совсем не меня. Мне все ясно.
Читатель, наверное, уже догадался, что это была другая Бетти, с которой я познакомился в ресторане гостиницы «Украина», старая Бетти.
В тот момент и она поняла, что произошло глупое недоразумение.
Коротко и без особой охоты она объяснила мне, что ее попутчица по турне в Москве, молодая блондиночка Бетти, вместе с которой мы тогда ужинали в «Украине» и с которой я ее спутал, живет не здесь, в Калифорнии, не в Санта-Монике, а в двух тысячах милях отсюда, в городе Санта-Пауле, что в штате Миннесота, короче говоря, совсем на противоположном конце материка.
И тут только меня осенило. Я готов был бить себя кулаком по голове: «Ну конечно же! Та Бетти живет в Санта-Пауле! Как я мог об этом забыть?! Выходит, я переписывался с этой старой дамой?..»
Я попал прямо-таки в комедийное положение. Мне ничего не оставалось, как сделать вид, будто я разыграл ее. Выглядел я при этом, конечно, идиотом. Растерянный, я стоял перед дамой и не знал, что же мне теперь делать. Выручил мой квартирный хозяин, оказавшийся невольным свидетелем этой сцены. Сообразив, что произошло явное недоразумение, он решил пригласить к себе миссис Портер. Она согласилась без особого желания.
Хозяин квартиры предложил нам выпить кофе или что-нибудь еще, но Бетти наотрез отказалась. Она будто застыла в кресле, крупная и молчаливая, прижимая к себе огромную, похожую на чемодан дамскую сумку. Спустя минуту она достала из сумки и протянула мне листок бумаги, исписанный мелким почерком, сказав, что тут она изложила все свои мысли, пока ждала у телефона моего звонка. При этом Бетти попросила прочитать эти строки потом, добавив, что я вообще могу это не читать, а просто взять и выбросить, так как теперь это уже не имеет никакого значения.
На этом разговор снова застопорился. Я внимательно взглянул на Бетти: раскрасневшееся от волнения лицо, дряблая кожа, маленькие мигающие подслеповатые глазки, широкий маленький нос, красные руки с узловатыми пальцами. Одета она была вызывающе: какая-то странная смесь дорогих и дешевых вещей. На голове — желтая шляпка, на шее — клетчатый шарф, на руке — дорогие часы и золотой толстый браслет. В то же время на ней был старый, блестевший от долгой носки костюм, на ногах — безобразные чулки и туфли не дороже десяти центов. Разумеется, она совсем не походила на ту Бетти.
Чтобы хоть как-то разрядить обстановку, я спросил, играет ли она в теннис на своем корте.
Бетти ответила, что никогда в жизни не играла в теннис.
— Может, вы увлекаетесь плаванием? — спросил я.
— Нет, — ответила Бетти, — стены моего бассейна обросли мхом. В нем полно сухой листвы. Его нужно вычистить, но я никак не найду человека, который бы сделал это.
Мне ничего не оставалось, как заговорить о ее поездке в Москву и дальнейшем путешествии на Дальний Восток. Я надеялся, что эта тема выручит нас.
Хозяин дома, решив подключиться к нашему разговору, спросил Бетти, какие следы сталинизма она заметила в России.
Бетти подняла голову и, взглянув на него отсутствующим взглядом, спросила:
— Почему вы об этом спрашиваете? Вам-то какое до Сталина дело?
— Мне никакого, — засмеялся мой друг. — А вы разве не читали, как его раскритиковали?
— За что раскритиковали?
— За культ личности, болезненную подозрительность…
— Все это одни наговоры! — безапелляционно заявила Бетти. — Я этому не верю!..
Разговор снова зашел в тупик. Бетти, как мне показалось, уже разочаровалась и во мне, так как я молча слушал их, не вставая на сторону Бетти. Мы были квиты: я надеялся встретить красивую молодую женщину, а она, в свою очередь, надеялась найти во мне единомышленника.
Хозяин дома, почти не осведомленный о наших отношениях, желая перевести разговор на другую тему, неожиданно спросил ее, почему она не привезла с собой мистера Портера.
Бетти с изумлением взглянула на него и переспросила: