- Ну что же, ребята, давайте закроем один маленький вопрос. – начал Максим Трофимович, когда обед плавно самозавершился из-за полного насыщения желудков, детвора рассосалась по своим делам, женщины отделились, под предводительством хозяйки дома, перемыть чьи-то косточки, а мы устроились в подобии оружейки и одновременно кабинета главы семейства. Я внутренне собрался, ожидая чего угодно – от попыток привлечь меня к «делам», до немедленного требования кого-нибудь грохнуть «по дружбе», но старший Новик меня вновь удивил:
- Следопыт, скажи – ты своим людям доверяешь полностью? При них можно побеседовать без оговорок?
Я мельком бросил взгляд на бойцов и кивнул:
- Да, парни в лишнем трёпе не замечены, и поводов себе не доверять не давали. А что? Может, и мне… не стоит знать… чего-нибудь?
Трофимыч (сам предложил себя так звать) хохотнул и махнул рукой:
- Да уж, кому-кому, а тебе… Да и ничего особенного я не хотел тебе… вам, предлагать. Олег тут мне рассказал, как ты от подарков отбрыкивался, понимаю, не хотел обязанным себя считать. Но… ты не совсем нас понял, это не откуп, это именно подарок, как своим. Вот, возьмите, чтобы сомнений не оставалось… – дед протянул на широкой ладони вытащенные из ящика стола кольца, широкие, но без камней и печатей, только с гравировками. По кольцу на нос, три штуки, когда я взял одно в руки, то убедился – даже не драгметалл, скорее нечто вроде оружейной или хирургической стали. Кольцо толщиной миллиметра два-три, широкое, около восьми миллиметров, на большей поверхности кольца сложный геометрический узор из рубленых линий.
- И… что это? Какие условия ношения? – я догадался, что это не просто колечко, скорее некий знак («каменщики»/«иллюминаты»/«борджиа»… кто там ещё с символическими аксессуарами баловался!? средневековье, блин…).
Дед, видя мою скривившуюся в подозрении рожу, расхохотался:
- Для вас – никаких! Эти колечки всего лишь показывают, что для Ново-Одесских Старых Семей вы как бы свои, что-ли… вроде приёмных родичей. Мы, конечно, не Кланы, не тот масштаб, но и не мелочь, на которую и внимания обращать не стоит. Носить или нет – твоё право, никто ничего от тебя не потребует, а если понадобится помощь – помогут при случае где угодно, хоть в Дагомее. Не войну, конечно, организуют – но, допустим, вывезти к нам незаметно смогут, без вопросов. Собственно, это не столько для наших, сколько для посторонних, чтоб не лезли к пришлым, не нарывались, так сказать…
- Как-то слишко хорошо... – пробормотал я скорее для самого себя, потом переспросил – А если я доверия не оправдаю, вы же меня второй раз в жизни видите, и совершенно не знаете, что от меня можно ожидать! А вдруг я какой придурок, случайно оказавший помощь – а на самом деле… – и помотал запястьем в воздухе для выразительности этого «самого дела». Новик-старший прищурился:
- Ага, совсем тебя никто не знает… Ты уж нас за дураков не держи, Варан, дела твои многим известны, так что шлангом не прикидывайся!
Так я и думал, что знают двое – то знают все. Хотя – и хрен с ним, подумаешь, великий секрет. Только вот… ах ты ж! «Доверяешь своим бойцам?», значит… По сути, дед меня за архаровцев поручителем сделал! Мол, ты сам «надёжные ребята» сказал, а я, добрый дедушка, тебе поверил просто…
Я бросил взгляд на обоих сослуживцев – Весло, кажется, пропустил мимо ушей слова Новика, увлёкшись рассматриванием колечка, а вот Марат… реально «отвисшая челюсть»! Он же и выдавил:
- Т-т-твою… и ты молчал!
Весло, индиффирентно пожав плечами и не отвлекаясь от бликов на узоре, протянул:
- А кто тебе доктор, если ты у нас носом ориентируешься вместо зрения? Я давно уже понял, ещё когда Следопыт нам фильмы крутить начал. Потом только сверил и убедился…
Марат подобрал челюсть, похлопал глазами и переспросил:
- А причём тут кино?
Весло хмыкнул:
- Смотреть надо внимательнее! Хотя… ты фильм «Путешествие в неведомое» видел? Сразу после сезона дождей вышел, в этом году?!
- Одну серию, – вздохнул Марат, – остальные не получалось никак, пропускал. А что?
- Тогда понятно. – кивнул Редько. – Ты просто не смог сравнить, похоже. А я узнавал многие кадры, но были и такие моменты, которых в фильме не было – а у… нашего Следопыта, оказались! Нередактированная версия, понимаешь? А кто снимал «Путешествие» – все знают, так что или он Варан, или очень хороший знакомый. Впрочем, я только убедился – поскольку был в Демидовске, когда там суд устроили… Сам на площади орал, как последний мудак! Ох и стыдно потом было…
Трофимыч кивнул: