Коты скучают. Размять лапы им можно только ночью, когда «плотогоны», пристыковав свои плавсредства одно к другому, почти бегом сматываются под защиту «жилой клетки», и мы остаёмся с сельвой один на один… К большой удаче, наш плашкоут в караване последний, между «жилым» и нами ещё один, углевоз, на котором ночью нет никого – а потому никто не суёт нос в наши дела после заката. Истины ради, и днём тоже – нас, чисто формально, в первый вечер на Золотой позвали на ужин, практически перед самым закатом (прекрасно понимая, что либо мы останемся ночевать на открытой палубе «клетки» – поскольку раз пять специально для нас наш рулевой повторил, что свободных мест для ночёвки в балаганах нет – либо вернёмся к машине в темноте, на свой страх и риск), а когда мы отказались – «пожали плечами» и забыли о нас вообще… Есть у меня серьёзные подозрения, что мы этим кадрам сильно не нравимся, уж не знаю почему – то ли из-за места службы (то есть, «рода войск», так сказать), то ли какие-то личные непонятки… Вроде бы не успели никому мозоли оттоптать – пару раз посидели с местными девчатами «под Дубом», домой проводили, потискали малость… Без излишеств и уж точно без насилия! Ну, к нам ещё заглядывали некоторые, «…может вам чего постирать-приготовить, мальчики?!», но тут уж какие к нам-то претензии?! Да и было их, «заглянувших», только четыре – из них одна вообще вдова, хоть и совсем молодая ещё девка, пятнадцать лет всего (местных, естественно), да и остальные совсем даже не невинные жертвы коварных соблазнителей… кто ещё кого соблазнял, хе-хе! Неплохо попарились в сауне, все довольны остались – как бассейном и шашлыком, так и наличием отдельных помещений в нашем гараже… Как бы, для подставы под атаку местной живности – маловато будет… хотя – чёрт их знает, местных «отеллов»?
Вот так и едем – мы сами по себе, плотогоны сами по себе. Ничего, это не надолго – суток четверо, как рассказывал заглянувший к нам перед отправкой и сильно недовольный капитан. Не плашкоута – если таковой вообще имеется – капитан Ваган, Сан-Саныч лукоморьевский… День, после неудачного опыта исследования плавучей флоры, выпросил у Коли панаму и теперь торчит у выгородки – с внутренней стороны – в любой доступный момент. Ему всё интересно – как и Веслу, но последний более сдержан, да и любоваться особо нечем, пейзажи практически одинаковы. Болота-разливы сменяются древесно-хвощевыми тоннелями, во время проходения которых День вынужден довольствоваться видами через окна (что для него особо печально – обзор из кабины закрывают щиты выгородки, через заднее окошко тоже не очень удобно смотреть, а оставшаяся пара световых окон и вовсе тентом зашиты), в пустую клетку, на «носу», его не пустили речные жлобы, а читать День не любит… Мог бы заняться, скажем, готовкой на всю команду – но Денис и приготовление пищи, это не то чтобы вообще несовместимые события, но как-то не хочется есть постоянно недоваренную крупу или переваренные в кашу макароны… заправленные тушёнкой. Всё, больше День ничего готовить не умеет, как ни старается, не стоят у него на это руки; используем его для чистки овощей и картошки, да для резки не слишком важных ингредиентов. Плохо, что и Арес с Артемидой потихоньку начинают капризничать, они уже выспались после лукоморьевских прогулок и требуют развлечений и вообще свободы… Надеюсь, ещё пару суток такого дурдома выдержу и я, и остальные!
15-е число 9-го месяца, карьер «Обманка-3», вторая половина дня.
- Таарщ-каптан, разршите далжить! Младш-сержнт Злой, ефрейторы Хромко и Редько для дальнейшего прохождения срочной службы прибыли! Доклад окончен! – это мы прибыли, если кто не понял. Для прохождения, ага…