- Ну что, командир? – День хрипит, как после кросса с полной выкладкой.
- Не знаю, Денис, не знаю… Я сделал что мог, если и это не сработает – то понятия не имею, что дальше делать. Точнее, ты и сам понимаешь, только ждать, когда он… выкарабкается сам… Ладно, давай-ка я, на всякий случай, и остальным по дозе вколю – им не помешает. Тебе не буду, как и себе…
- Да понятно… наверное, стоит кучу…
- Ты не понял. – перебиваю подчинённого, сам от себя не ожидал такого ледяного тона, а День на одних рефлексах вытягивается в струнку и только потом его глаза обретают осмысленное выражение! – Не денег жалко, и даже не сложностей по добыче этой штуки. Кстати, вернёмся – подписку придётся давать, о неразглашении, можешь начинать привыкать... Для нас сейчас эта штука скорее вредна, поскольку отлечивать нам особо нечего, а действует она в первую очередь как возбудитель. Не в том смысле… э-э-эээ, и в том тоже, хотя доза тут… – я смешался, мысли убежали куда-то в сторону. Однако заинтересованная физия ефрейтора вернула к реальности – В общем, это возбудитель регенерации, подхлёстывает организм так, что заростать всё начинает как на дворовом «кабыздохе». Вот только и… м-ммм, сырьё, для восстановления, он берёт из собственного же организма, понимаешь? Так что в ближайшие сутки, а то и двое, пока действие лекарства будет предельно ярким, Весло даже передвигаться будет шатаясь, а вот жрать – втрое от нормы, как минимум! Зато за пару-тройку суток от раны один шрам останется… ну, надеюсь. Давай свежий шприц, ширану и Коляна, и нашу спасённую, на всякий пожарный, мало ли что там у неё…
- Я всё слышу. – внезапно раздался голос Елены Михайловны. Слабый, но уже более-менее уверенный – отошла, кажется?
- И это прекрасно. – ответил я, глазами показывая Денису на медкомплект. Тот понятливо кивнул и через несколько секунд уже протягивал мне упакованный шприц.
- А это не вредно? – с некоторым испугом уточнила женщина, глядя на мои вполне уже уверенные действия с медицинскими инструментами.
- Ну, как вам сказать, – я пожал плечами – опасно или неопасно… вопрос, как всегда при лечении, без однозначного ответа. У вас может обнаружиться какая-нибудь редчайшая аллергия, именно на этот вид лекарства – и тогда действительно опасность нешуточная. Или внезапно мы лишимся наших запасов провизии и возможности их пополнить, и тогда неизвестно, что хуже – ваши возможные травмы и болезни, или сильный иссушающий голод…
- Я поняла, действуйте. – перебила она меня, подставляя под укол руку.
- Вот и хорошо. Теперь Веслу всандалю пару-тройку кубиков, больше не стоит, наверное… и порядок. День, ты как себя чувствуешь? – я и сам видел, что держится он на одном упрямстве.
- Нормально, командир. – ну да, а чего я ждал?
- Вижу, как нормально… ладно, делаем так. Сейчас я остаюсь в карауле, тем более, есть чем заняться. Ты – валишься в палатку и дрыхнешь, если, конечно, не хочешь предварительно перекусить, для лучшего сна. Похлёбка готова? Вот и хорошо, глотай и на боковую, вечером меня сменишь, а ночью… не знаю почему, но мне здесь не по себе. Короче, в любом случае, завтра утром мы снимаемся с места и уходим из ущелья. Я и так понять не могу, почему до сих пор нет ни одного трупоеда! И меня это пугает, неладно что-то с этим местом… ладно, это уже мистика. День, вопросы есть?
- Никак нет! – дурашливо вытянулся Хромко.
- Тогда – выполнять! – не менее дурашливо откозырял я и, отвернувшись, наткнулся взглядом на внимательно рассматривающие меня глаза женщины. С полминуты мы разглядывали друг друга (хотя в моём случае – разве что лицо, всё остальное скрывалось под накинутым поверх спальника покрывалом), затем она с явным смущением поинтересовалась:
- Мне помыться можно?
- Думаю, да – воды ещё много, с полканистры могу выделить. Как вы себя чувствуете?
- Гадко… Одно радует – эти выродки сдохли! Правда? – вопрос был задан с такой детской интонацией, что я против воли засмеялся, тут же попытавшись замаскировать смех кашлем: