- Здра-жла-тарщ-каптан! Младш-сержт-Злой-пваш-прказан-прбыл! – на всякий случай гавкнув при входе в кабинет, становлюсь «вольно» в паре шагов от двери и оглядываюсь… ничего так, я боялся худшего! В кабинете всего пятеро – сам владелец кабинета, капитан Беляев, у себя за столом; Скворцов в полевом камке без знаков различия; такой же «пятнистый» мужик примерно на пяток лет постарше «птица», по повадкам повыше лейта будет, но до полкана не дотягивает – в чертах лица что-то южное, не кавказец, но чем-то похож; гражданского вида тощий мужик средних лет, одетый в дорогой с виду костюм «сафари» (штаны «млмитари»; рубаха-безрукавка, или скорее даже лёгкая куртка, распахнутая; под ней футболка того же пятнистого колёра), но если костюм сидит неплохо, то вот револьвер на боку явно ему мешает, да и выглядит кобура скорее показателем статуса – тёмная тиснёная кожа, латунные заклёпки, дополнительные проушины под бедренный ремень… пятый – давешний припадочный лейтенант Лахтис, понятия не имею, как его имя-отчество – косится на меня зло и тискает ладошкой рукоять торчащего из полевой кабуры пистолета. Ну-ну, ганфайтер, пока ты оттуда свою бахалку вытащишь – я в тебя пуль пять-семь вогнать успею…
- Зравствуй, сержант, вольно. – демонстрирует дружелюбие и заодно «узаконивает» моё поведение Беляев – Проходи, присаживайся… Кофе или сок? – лейта аж перекашивает от злобы, насколько я вижу, он единственный сидит «насухую», пока остальные потягивают кто что! Не будем портить мизансцену:
- Если можно – лучше сок, тарщ-капитан.
Беляев, прижав клавишу селектора, коротко командует – через десяток секунд появляется вестовой с большим, литра на два, графином томатного сока (вот это сильно – знают мои вкусы!), стаканом в мельхиоровом подстаканнике, и даже солонкой – всё на одном небольшом подносе. Особо умиляет единственный стакан, который, к тому же, боец (а кто ещё? на «Обманке» нет «гражданских военных», разве что именно гражданские имеются) сгружает прямо перед моим носом. Лахтису, с его края стола, даже дотянуться не светит… Наливаю себе полный стакан, быстро пару раз мешаю ложечкой соль и, сделав пару глотков, ставлю стакан на столешницу – всё, преамбула закончилась, теперь будет, надеюсь, амбула, на амбец не похоже…
- Я – майор Адамиди, Родион Юрьевич, начальник комиссии по расследованию случившегося чрезвычайного происшествия… сиди-сиди, сержант, не надо тянуться. Я… попросил, Степана Николаевича – кивок в сторону Беляева – организовать нам возможность пообщаться без чинов. Слишком уж необычная ситуация сложилась, так сказать.
- Товарищ майор, я всё же настаиваю на изоляции младшего сержанта, как минимум до окончания расследования! – вдруг взвизгивает лейт, аж привставая со стула. Этот неожиданный выкрик настолько не ко времени, что даже сидящий напротив Птиц чуть дёргается, удачно маскируя дрожь под смену положения на сиденье! Я в это время смотрю только на майора, а потому замечаю его на мгновение ставший «прицельным» взгляд – это что, проверочка такая? На психическую устойчивость?! Похоже, очень похоже! Блин, я тоже от вопля дёрнулся, раздражает… Сижу, разглядываю крикуна, жду реакции начальства… начальство таращится на меня! Не выдерживаю:
- Сегодня прекрасная погода, тарщ-майор, не жарко, свежесть такая… как вы считаете? – не, а чего? Без чинов, так без чинов, я за язык не тянул! Да и погода, в самом-то деле неплоха – сыровато черезчур, правда, зато солнце не палит как проклятое, дышится приятно, пыли нету, опять же… От Беляева доносится сдавленный всхлип, Скворцов сквозь зубы с тихим шипением втягивает воздух, Лахтис… этот уже не прикидывается, побагровел и готов метать громы и молнии – вот только команды нет, пауза тянется, а без начальственного одобрямса такие хмыри даже собственную задницу почесать не смеют – дозволения ждут! Какие уж тут громы-молнии, если вышестоящий своё непререкаемое мнение не обозначил…
- Да-а-аа, интересный ты кадр, сержант. – задумчиво выдаёт, к моему удивлению, «гражданский». Молча жду развития ситуации, этот тип вообще самый невнятный среди собравшихся – вроде как не имеет отношения к РА, но при этом пребывает в «святая-святых» базы, среди самых что ни на есть облечённых, и чувствует себя более чем комфортно. Интересно, насколько сответствует реальности сообщение «майора Адамиди» о его старшинстве в пресловутой комиссии? Или этот гражданский кадр – нечто вроде комиссара, с правом отмены приказов командования любого уровня? Вполне может быть…