- Всё, по машинам, поехали…
32-е число шестого месяца, улица Нойехафена, почти полдень.
- Смотри, командир, кажется здесь? Вон табличка, и на нашем языке вроде? – День тыкает пальцем в сторону двухэтажного здания официального вида, с высоким крыльцом перед двустворчатой деревянной дверью, выполненной в стиле «вход в районный суд». Этакая монументальная казённость, сразу дающая понять, что ведёт такая дверь не в жилое помещение и уж тем более не в сарай/склад/сортир – но именно в кабинеты! От таких дверей, обычно висящих на своих рамах не один десяток лет, даже пахнет не столько деревом и лаком – сколько чернилами, бумажной трухой и тоской. Скорее всего, выверты психики, но я такие двери чувствую именно подобным образом, ещё с Земли. И да, День, скорее всего, прав – нам именно сюда, в представительство ПРА. Добрались, наконец-то…
Как-то я не ожидал, что всё это настолько затянется. Помнится, планировал максимум пару декад, и то с запасом, на дорогу к этому микроанклаву – а что получилось? Нет, договорённости с Новиком здорово помогли – своим ходом ехали бы мы… долго. Слишком пока непредсказуемы дороги в этом богом забытом Новом Мире, слишком опасны и слишком многими неожиданностями чреваты. Но и море, как оказалось – отнюдь не гарантия беззаботного плавания!
Двое суток заняла дорога к мелкому поселению между Новой Одессой и Москвой (тоже, по сути, Новой), причём больше из-за качества самой дороги, чем по каким-то биогенным причинам. Никто не напал, никто не обстреливал – пилишь себе по саванне, созерцая уныло-однообразные пейзажи и обоняя такие же однообразные запахи… Только скорость держать приходится не выше тридцатки, да и то – при удаче, ну и направление – то прямо, то в объезд, и сразу же в сторону и почти обратно… даже не представлял, что всего в паре десятков километров от достаточно большого города – может быть настолько дикая местность! Точнее, будь мы где-нибудь в Бразилии, Халифате или вообще Дагомее – даже не особо удивился бы, но чтобы в Протекторате? Как-то привык думать, что совсем уж нетронутая человеками дикость – она там, за Амазонкой, в сельве и Кордильерах, ну ещё в пойме самой Амазонки… а здесь побережье Залива – и на тебе! Сообщение с предложенным новиковским семейством для начала нашего морского этапа путешествия посёлком – исключительно водное, дорог нет как понятия, этакий глухой «медвежий угол» с, как оказалось, довольно приличным для такого захолустья терминалом и вполне оборудованным (по местным же, Ново-Земельным меркам) портом. Численность жителей Перевала, как достаточно нахально, с моей точки зрения, называлось это поселение, тоже принесла сюрпризы – почти три тысячи обитатетелей! В некоторых посёлках на накатанных магистралях столько не всегда набирается, та же полностью мной проверенная линия «Демидовск – Ново-Одесса» обозначена в основном только фортами-заправками, по десятку человек постоянного проживания, не более! А такого крупного поселения я на ней вообще что-то не припоминаю… За счёт чего они тут так… распространились? Абсолютно самодостаточный городок, электричество и вода в кранах имеются – хотя, если есть электроэнергия, почему не быть воде… Хотя при отсутствии сухопутного транзита и не являясь ключевой точкой географии – должны бы только кое-как стагнировать, типа того поселения в дельте Амазонки, о котором рассказывали кэп Короховой со своей приёмной Зойкой, Жерловки, с её полусотней сезонников в год…
Но Перевал существует и прекрасно себя чувствует. Этакий полунезависимый порт типа Тортуги времён Лё Вассера, только без пиратской составляющей – формально под юрисдикцией ПРА, а фактически… чёрт его знает. Хотя насчёт пиратства – я… нет, врядли такой вид деятельности сколько-нибудь заметен в экономике Перевала, их бы очень быстро на ноль помножили! Зато контрабанда, как и вообще транспортные услуги по морским перевозкам – это даже не маскируется как-нибудь заметно. Среди резидентов городка очень много одесситов, которые здешние одесситы, в смысле. И, как оказалось, Новики в Перевале представлены достаточно широко – нас встретили практически на КПП и уже через пару часов грузили на скромных размеров сухогруз под названием «Чайка», нечто среднее между морским лесовозом и грузовиком-универсалом – то есть, этакая самоходная баржа, только достаточно крупная и с нормальным килём и осадкой для переходов в открытом море. Более того – капитан «Чайки», Андрей Евгеньевич Баргузин, вёл себя с встретившим нас Игорем Новиком весьма предупредительно; без подобострастия – но как с уважаемым человеком, так сказать. Каюты нам выделили на носу кораблика, в трюме – их там и было-то всего три, две двухместные и третья на четверых (я бы сказал – от силы на троих, но коек там всё же было четыре). Одну использовали как арестантскую – там обитал наш фриц, Горст Дейс, и один из нас, в качестве охраны. Один из нас, а не конкретно кто-то – потому что мы менялись каждые десять часов, и по сути вторая койка в этой каюте по назначению не использовалась совсем, только для «посидеть». Вторая доставалась «отдыхающему» на текущий момент – Денису или Коляну. Я остался жить в машине – не потому даже, что очень хотелось, но кошаки мои, хоть и привычные к путешествиям, на воде нервничали и вообще плохо переносили морские путешествия. А в привычном кемпере, да с привычным мной под боками – бурчали, но особо не буянили… Так что Весло с Днём получили весьма комфортное и просторное, если сравнить с контейнером на «Обманке», жильё – считай, личную каюту! Дейс тоже не жаловался… Кормить арестованного выводили, по договорённости с капитаном, в последнюю очередь, после команды – и сами ели тогда же. Повариха Семёновна, добродушная женщина «за середину лет», подсмеивалась над нами регулярно, но и добавкой не обделяла, причём и немчика нашего тоже – она, пожалуй, единственная, чьё лицо Горст Иво видел на борту «Чайки» помимо трёх наших физиомордий…