Тишина… я что-то пропустил? Так, а что вообще было? Ну, прокурор чуть не на пену исходил, требовал признать меня виновным, зал бурлил, адвокат ругался… Меня самого опрашивали – мол, как посмел? Когда я в ответ уточнил, что за карты и вообще передаваемую Анклаву инфу не то что ничего не получил – так и сами карты были добыты ещё в бытность мою не только гражданским человеком, но и даже не гражданином ПРА (не все – но какой имбецил будет душу судьям изливать?) – у судей случился натуральный шок. Хе-хе, а вы как думали?! Поначалу, минуту-две, только рты открывали и закрывали, как рыбы… беззвучно. Вот только тут же «возникли новые обстоятельства» – оказывается, я принимал участие в боевых действиях на стороне чужого Анклава, являясь военнослужащим РА. И это тоже – серьёзно, хотя все и всё понимают. Да, «открытый лист» подписан до нашего с Веслом участия в «атаке медоедов», но и встать на учёт по месту приписки мы тоже… да я до сих пор не побывал в военкомате! И тут уже действительно попахивает… нехорошо, очень нехорошо. Если подходить строго (и тупо!) буквально – нарушение присяги, зафиксированное на видеозапись… Не отвертишься – а это каторга! С другой стороны… ну, допустим, не имел я возможности своевременно встать на учёт – в чём состав преступления? Даже ежегодные сборы не пропустил – пока ещё! Х-хе, коллизия юридическая, однако…
В зале неясный шум – по центральному, спешно освобождаемому проходу, очень торжественно вышагивает… да ну вас! Дейс, Краус, ещё несколько знакомых морд – но в каком виде! Какие-то длиннополые балахоны – зуб даю, их специально пошили из первого попавшегося чехла для автотранспорта – шапки на головах… такие, важные… и на шеях – тяжеленные цепи с бляхами! Общее впечатление – как в фильмах про средневековье, этак времена Крестовых походов, послы от короля к султану! Дейс, дождавшись тишины, делает шаг вперёд, открывает поданную ему из-за спины папку, и провозглашает, нарочито коверкая речь акцентом:
- Я есть полномотшный посол дойче Анклаф Нойелибен! По трепованию мой правительстф (ну засранец! Акцент, думаю, специально именно такой выбирал, ему «Иван Васильевич» сильно понравился – мы, помниться, крутили на ноуте пару раз, для всей экспедиции?!) я есть офит-сиально саяфлять – герр З-лой, он ше Фа-ран, он ше Слетопыт, есть быть потшётный граштанин наш Анклав, и не мочь быть приснан виноват в никакой трукой Анклаф бес наш утшастий и зашщита! Мы есть треповайт осфобошдайт герр Фаран и выдайт наш Анклаф, без пофреждений органисм! В иной слутшай мы есть объявляйт Анклаф ПРА есть быть недрушелюбный… недрушественный, к наш грашшдан, и информировайт все интересант весь Новый Мир, а такше принимайт фсе восмошный мер к прерыфайт отношений с Анклаф ПРА.
Не-о-жи-дан-но. Для всех – кроме, пожалуй, моего «адвоката» и нескольких офицеров в зале. Кажется, это «домашняя заготовка» – на случай, если ситуация зайдёт в тупик… В глазах судей – полная растерянность, переходящая в панику…
30-е число девятого месяца, долина на перевале, день.
- Коля, ты там как?! – я высовываюсь из-за ствола поваленного дерева, куда зайцем сиганул секундой ранее. Весло стоит как стоял, смотрит на эту зверюгу… Та самая, непонятная фоссоподобная хищная живность, одну из представителей которых я подстрелил в первом своём путешествии! Но какого чёрта Колян таблом щёлкает!? Она ж его сейчас – лапой р-рр-аз, и всё! Там же когти, как моя ладонь!
- Весло, твою дивизию – сюда, бегом! Я её сейчас подстрелю, пока она до нас не добралась!
- Погоди, командир… ей больно! Её деревом придавило, лапу зажало, и спина ноет… она плачет, слышишь?! – не может такого быть! Это что – он этого зверомонстра чует, как я своих котяр? Неужели…?!
Мы в крохотной долинке, на перевале. Почётные граждане Анклава Нойелибен, и непонятно кто в ПРА… Да, судилище окончилось совершенно неожиданно. После заявления Дейса – точнее, полномочного посла немецкого Анклава в ПРА, уважаемого герра Горста Иво Дейса, подполковника ДА (дойче-сельбст-верт…как-то там…-армее – я это и выговорить не могу, «немецкая армия самообороны», в общем) – меня промурыжили ещё примерно час, а потом вынесли «соломоново» решение – пошёл вон, непонятный геморрой! Поскольку признать меня виновным по всем статьям обвинения не получалось, а почётное гражданство мне (если быть точным – нам троим; наверное, потому и на Весло родимые военпрокуроры даже рот разевать не стали – головняк обеспечен, а смысл?) присвоили тоже «задним числом», аккурат в день демобилизации – то и обвинить меня как «предателя» не представлялось возможным. И судьи уцепились за свежепоявившуюся лазейку – раз имеешь гражданство чужого Анклава, так и проваливай в свой новый дом, так сказать, не погань родимые берёзки нечистым духом! Не наш ты более, отрок, оскоромился и вообще запаршивел! Забавно… Трое суток – и чтоб духу моего в Демидовске не осталось! Говорил же – не люблю этот город…