Выплывшая медсестра из кабинета гнусавым голосом вежливо пригласила на приём.
Мы вошли внутрь и, любезно поздоровавшись, темноволосая женщина пригласила Милу присесть на стул рядом. Мне предложили расположиться на кушетке у стены. Молодая женщина, переведя взгляд на меня и расплывшись в улыбке, спросила: «На что жалуемся?»
- Моя дочь жалуется, что периодически ничего не видит, - произнес, детально приглядываясь к молодому врачу и медсестре, которые бросали на меня слишком любопытные взгляды.
- Каким образом? Расплываются объекты? Теряется чёткость?
- Ничего не видит, и общая картина выглядит сплошным тёмным пятном.
- Вот как…, - протяжно ответила врач, и её немного растерянный тон мне не понравился.
Женщина поднялась из кресла и пригласила Милу пересесть на другой стул.
- Я буду показывать буквы, а ты говорить, как они называются. Ты же уже знаешь алфавит?
- Вы что, издеваетесь? Я приехал в современную клинику, чтобы вы искали с моей дочерью как называются буквы?! - Я просто взревел от возмущения.
Коршунова ещё получит за рекомендацию платной клиники с суперсовременным оборудованием!
Медсестра, сидевшая за столом, захлопнула, наконец, рот, который она держит всё это время в изумленно-испуганном «О», и выскочила из кабинета.
- Это основа, - голос женщины дрогнул.
Я заметно нервничал. Я теряю драгоценное время на блеянье вчерашней студентки медицинского университета! Поднявшись, приблизился вплотную к молодому врачу.
- Я такой отзыв оставлю о профессионализме врачей вашей клиники и чудном современном оборудовании, - я кивнул в сторону таблицы, висевшей в красивой рамочке на стене.
Женщина судорожно ухватилась за полы белоснежного халата и сделала шаг назад.
- Как вас? - Коснулся взглядом бейджика, прикрепленного на белом халате, - Ляшова Анна Александровна.
- Успокойтесь, пожалуйста, - Анна Александровна чуть прокашлялась и продолжила: «Я только начала прием. Мы сейчас повнимательнее посмотрим на вашего ребенка. Я понимаю, что вы волнуетесь…»
Увидев боковым зрением, что в кабинет без стука вошла группа поддержки в таком же белом халате, я невольно перевел взгляд… И застыл.
Твою ж мать…
Лаундж… Алиса… Горячий поцелуй с горячей брюнеткой на террасе, от которого просто снесло башку. Я уже и себя не узнаю в последние дни после знаменательного отдыха в баре. Всё пронеслось, как ураган в беспокойной голове.
Отлично. И в «Лаундж» бегать не нужно. Искать и расспрашивать: «Кто?» «Да, откуда?» у местной публики или персонала. А такая мысль уже засела в дурной голове.
А тут заказывали!? Ловите сюрприз, Владислав Андреевич. Ваша золушка, которая не удосужилась даже туфельку на память оставить, уставившись своими большими серо-голубыми глазами, громко сглотнув, застыла в своём белом халате, надетом поверх голубой блузки и темно-синей узкой юбке до колена. Я-то уже в курсе, как выглядят эти стройные ножки, припрятанные халатиком и строгой юбкой. Темно-каштановые волосы стянуты в строгий пучок.
Ну прям строгая и неприступная мадам.
Вещички недешевые, как и темно-синие туфельки на тон темнее классической юбки. Весь антураж сдержанности и консерватизма совсем не вязался с её слегка распущенным поведением в баре.
- Ошибся? - Проскочила шальная мысль, но по изумленному взгляду, которые тут же спрятала девушка, как и по секундному замешательству, понимаю, что не ошибся.
В точку.
Алиса... Только не в стране чудес. А с большими поправками…
Пробежавшись взглядом по бейджику на медицинском халате, прочитал: «Смирнова Кира Игоревна»
«Значит, Кира Игоревна», - процедил сквозь зубы.
- Да. Кира Игоревна. Врач-офтальмолог. Что у вас случилось? - Спокойным тоном выдал этот «джинн из лампы».
- Врач-офтальмолог, - повторил мысленно. Вот это, конечно, было удивительно. Я обвел взглядом с головы до ног и присел на кушетку, стоящую возле стены.
- Я обратился за помощью в вашу клинику и не получил её, - я старался добавить льда в голосе.