— Цифры не совпадают, — сказал я сегодня отцу. — Доходы за прошлый квартал в отчете для акционеров выше, чем наши реальные доходы, если смотреть их из внутренних источников.
— А ты не смотри, — жестко оборвал меня отец.
— То есть ты в курсе?
— Естественно. Думаешь, я хочу, чтобы стоимость наших акций стала ниже? Поэтому в отчете именно те цифры, которые мне нужны.
Я охренел.
— А каким-то более законным путем этого нельзя было добиться? Вообще-то за финансовые махинации можно и под суд попасть.
— Нет, нельзя, — отрубил отец. — Если все делать с умом. Бери следующий отчет, Тимур, и не отвлекайся на всякую ерунду.
И вот я еду домой по пустой дороге и злюсь, думая о том, что уже дохрена поздно и что я вымотался. А ведь мог это время провести с деткой.
Детка… это единственное сейчас, что меня радует. Реально, поселить ее с собой было лучшим моим решением. Не нужно нигде ее искать, не нужно за ней бегать. Приезжаешь, открываешь дверь в квартиру — а там она ждет. Теплая, уютная, с забранными в хвост светлыми волосами, без всякой косметики, в моей футболке и в коротких домашних шортиках. И, блин, мы вместе около месяца, но почему-то у меня такое ощущение, что детка всегда тут и была: со мной, в моем доме, на моей кухне, в моей кровати.
А еще я не знаю, как у нее это получается, но она на сто процентов чувствует мое настроение. Не лезет с расспросами, не тараторит о всякой фигне, не выкатывает миллион претензий, как сделала бы любая из тех, кто пытался со мной завести какие-то отношения. Нет, и близко ничего такого. Она просто всегда дожидается меня, даже если я занят допоздна, выбегает в коридор встречать, обнимает и каждый раз пытается увести на кухню, чтобы накормить. А я не иду. Вместо этого притягиваю ее к себе, вжимаюсь лицом в нежный изгиб шеи, стою так, как идиот, и дышу ее медово-прохладным запахом, от которого в мозгу все перемыкает. И как бы я ни заебался, в этот момент я всегда хочу только одного — ее. Под собой или на себе. А потом еще разок. А вот после этого можно уже выйти на балкон покурить и вернуться на кухню, чтобы выпить кофе. А еще съесть кусок чего-нибудь, что опять испекла неугомонная детка — обязательно доесть до конца, чтобы не обидеть, и похвалить — хоть я и не люблю сладкое. Блины только люблю, а вот все эти пироги и маффины-хуяфины не особо. Но она печет, ей нравится, значит, пусть так будет. Тоже ведь развлечение. Понятно, что ей, наверное, не особо весело сидеть целыми днями в квартире. Но она сидит. А я…
Бля, стыдно признаваться, но я, кажется, этому рад. Не хочу, чтобы детка таскалась по каким-нибудь клубам, по кафешкам с подружками или занялась чем-то типа танцев или еще всякой херни. Да, это неправильно, я в курсе, но с ней я себя чувствую ебаным драконом из сказок, который свернулся клубком вокруг своего сокровища, не хочет его никому показывать и готов рычать и плеваться огнем на всех, кто подходит к его пещере. Так и я.
И каждый раз, когда засыпаем — тесно прижавшись друг к другу — я мысленно обещаю себе, что на выходных разгребусь с делами и свожу детку в ресторан. Или погулять. Или вообще выберем с ней время и махнем на море вдвоем. Загран ведь у нее есть? Надо спросить.
Но когда настают выходные, я сначала отсыпаюсь, а потом тупо не выпускаю Олю из кровати. Еду мы тоже заказываем на дом, потому что к вечеру после такого секс-марафона сил нет даже в душ идти, не то что в ресторан. Но детке это вроде тоже нравится. Во всяком случае, она не жаловалась.
Я подъезжаю к дому, привычно нахожу взглядом наши окна и хмурюсь. Странно, в них темно. Спать легла? Не дождалась меня? Или просто лежит в кровати с ноутом и выключила везде свет? Ладно, сейчас проверим.
Я торопливо поднимаюсь на лифте на наш этаж, открываю ключом дверь, и меня встречает тишина. Непривычная гулкая тишина. Странно. Мне это нихера не нравится. Где детка, блядь? Обуви ее нет, куртки на вешалке тоже…
Хватаю телефон, звоню ей — не берет. Это что за расклад?!
Хочу написать ей и тут вижу непрочитанное сообщение. Пропустил его, почему-то не пришло мне уведомление, ну или я просто так занят был, что не заметил.
«Тимур, у меня на вечер планы появились, не теряй, буду часов в восемь»
Что?!
Какие. Нахуй. Планы.
И где она?! Сейчас уже девять.
Звоню детке еще раз. Эффекта ноль.
Хватаю обратно ключи, хлопаю дверью и спускаюсь вниз.
Где она может быть? Куда могла поехать? Надо вначале к ее семейке наведаться, вдруг у детки родственные чувства проснулись. Если там пусто, буду искать номер той мелкой рыжей заразы, с которой Оля общается. У этой девки точно шило в одном месте, и она вполне могла мою детку куда-то уволочь.