Она не очень строгий администратор, и крайне редко делает замечания, по крайней мере мне, но сегодня я и правда не в своей тарелке и все, буквально все валится из моих рук.
Я уронила поднос с дорогим заказом, и в счет размещения убытков мне пришлось отдать почти всю наличность, что находилась в моем кошельке.
Но я ничего не могла с собой поделать.
Утренние сообщения от мажора, как ни стараюсь, напрочь засели, и не желают вылезать из головы.
Несколько раз я порывалась даже ему написать.
Не огрызаться, нет. Это был лишь первоначальный порыв.
Но спокойно попросить больше не беспокоить меня. Объяснить, что для меня сейчас в приоритете учеба и работа. Что я не просто так отказала, не захотела общаться с ним, а в принципе не намерена общаться с парнями. Как-то так.
Возвать к тем добрым чувствам, что возможно еще остались в нем. Сидят, где-то глубоко. По крайней мере, я на это надеюсь. Попытаться поговорить нормально. По-человечески.
Но каждый раз, едва мои пальцы прикасались к клавиатуре, я замирала, а тяжелый ком подкатывался к горлу. И буквы начинали расплываться.
Потому что…Разве такой станет меня слушать? Тем более в сообщениях.
И все же я намерена попытаться с ним поговорить. Наверное, при личной встрече. Или, когда наберусь еще немного храбрости, и все же напишу.
…
Заканчиваю поздно, а едва собираюсь покинуть пиццерию, как выясняется, один из последних посетителей сильно намусорил в углу. И там не только куски пиццы или разлитая газировка. Кого-то прилично вырвало, а потом это все замаскировали салфетками и свалили.
Припоминаю, что там вроде бы сидела какая -то шумная компания. Это был столик другой девочки, но она сегодня отпросилась пораньше, и уже ушла.
Должно быть, они незаметно пронесли алкоголь, а может и были уже навеселе.
Марина выразительно смотрит на меня, и, делать нечего, я остаюсь.
Наверное, я опоздаю теперь на автобус, но думать об этом буду уже после.
…
Уборка занимает около получаса, и когда я, наконец, покидаю помещение, часы показывают почти двенадцать ночи.
На улице темно и зябко. В воздухе чувствуется сырость.
Но я зажмуриваюсь, и вдыхаю полной грудью.
Потому что это в сотню раз лучше, чем тот запах, что сопровождал меня все время уборки, и, кажется, въелся не только в легкие, но и под кожу.
Несмотря на то, что я потом несколько раз тщательно умылась и проверила на чистоту одежду.
Расправляю плечи, и принимаюсь шагать, аккуратно переступая немногочисленные, но все же встречающиеся на пути лужи.
Дойдя до небольшого сквера, снова ежусь, вспоминая, как около двух недель назад, когда вот также опоздала на автобус, едва не натолкнулась здесь на компанию пьяных отморозков.
Они что-то кричали вслед, один даже порывался догнать, но по улице проходили люди. Я пристроилась к ним, и парни лишь махнули рукой.
Иду, и впереди снова слышатся голоса. Та же компания, что и в прошлый раз. Устраиваются на скамейке, видно они подошли совсем недавно.
Если бы не уборка, я бы спокойно миновала сквер, и уже давно спустилась бы в подземку.
Я останавливаюсь в нерешительности.
Хочется повернуть, и сделать крюк, лучше так. Но один из парней, тот же, что и в прошлый раз, в просторной черной куртке и бейсболке, сдвинутой козырьком назад, замечает. Компания принимается улюлюкать.
Я разворачиваюсь, и начинаю идти в противоположенном от намеченного пути направлении.
И побежала бы, если бы могла.
Добралась бы до пиццерии, и пересидела бы там. Не знаю…
Но меня окликают.
Топот ног, новая порция подколок, а потом больно и резко дергают за плечо.
- Эй, красавица, не торопись, - насмешливо.
Разворачивает.
Так и есть, они. И по всей видимости, хорошо навеселе. А парень в бейсболке заводила.
- Куда-то торопишься, малышка?
Улыбается и выразительно двигает бровями.
Парням примерно столько же лет, сколько и мне. А может, они и старше. Двое с тату и пирсингом. По их лицам видно, что им не хватает развлечений.
- Мне надо домой, пустите, - говорю я, уже понимая, что никто не собирается так просто меня отпускать.
Парни нашли зверушку и теперь не против с ней поиграть. И моя внешность, не сказать, что действительно такая уж привлекательная, а скорее обычная, тут совершенно ни при чем. Просто оказалась в неудачное время в неудачном месте.
Окружают со всех сторон.
Кто-то дергает за волосы, а главный уже приспускает с моих плеч джинсовку.
- Какие плечики, - цокает он. - Точеные.