- Ты пожалеешь об этом, - рычит мажор. - О каждом из этих слов! Если не возьмешь их обратно сейчас же, и не поцелуешь меня сама, клянусь, ты пожалеешь!
- Спорим, что нет?
Он смотрит на меня, я на него.
Несколько долгих секунд, кажущихся мне бесконечными.
Пока, наконец, парень не разжимает руки и не отстраняется.
Облокачивается о спинку дивана, разваливается в вальяжной позе.
- Что ж, сваливай. На сегодня свободна. Но…не забывай о том, о чем я тебя предупредил.
Мне все еще кажется, что я попала в какую-то нелепую и страшную сказку. Что все не взаправду и не всерьез.
Может…Может он пьян? Или что похуже?
Но, так или иначе, а дважды повторять мне не приходится.
Я вскакиваю с дивана и бросаюсь к выходу, слыша за спиной грубоватый, взрывающий все внутренности смех.
Господи, этот парень точно не сбежавший пациент психиатрической лечебницы?
Я бегу вниз по лестнице, бегу, не думая о колене.
Сердце колотится, губы шокирующе горят, а в ушах все еще отдается его хриплый голос и смех. Перекрывает музыку.
Он ведь шутил?!?
Пожалуйста, скажите мне кто-нибудь, что это все шутка. Дурной, и непременно должный завершиться в самом скором времени сон.
Он даже не знает моего имени, он сказал, что ему оно без надобности. А значит, значит…угрозы мажора ничем не подкреплены. Они лишь фоновый шум, пустышка.
Да-да-да, просто пустой звук.
- Тайка, - восклицает Вика, и я непонимающим взглядом фиксируюсь на подруге.
Застываю.
Только сейчас понимаю, что она с девчонками сгрудились в начале лестницы. Видимо, с намерением подняться, но охранник их не пропускает.
- Мы ему говорим, говорим, что там наша подруга, а он «нет пропусков», «нет пропусков». Болван! Ну, как ты?
И Вика перехватывает меня за локоть.
- Что это за красавчик? Тай, рассказывай скорее!
- Нечего рассказывать, - отмахиваюсь я.
Между лопатками печет так сильно, что едва терплю.
Не выдерживаю.
Оборачиваюсь, и поднимаю взгляд.
О, черт!
Парень облокотился о перила и разглядывает нашу компанию.
В его глазах безжалостность, насмешка и обещание…скорой расплаты.
В руке бокал, у плеча стройная фигуристая брюнетка. Одна из тех, что повисли на нем сразу после окончания драки. И снова рядом. Также с бокалом в длинных, изящных пальчиках.
Девушка приобнимает его. Так, что соприкасаются частями тела. Что-то шепчет на ухо, а потом сама же и смеется, томно закидывая голову.
Смотрятся красиво.
Какого черта он не обращает на нее внимания, а снова смотрит только на одну меня!?!
Я…не хочу.
Также не желаю, чтобы он видел меня в компании подруг. Не хочу, чтобы он знал обо мне хоть что-то. Поскорее бы сбежать из этого клуба, где тебя могут чуть ли не изнасиловать, почти убить, а никто даже и ухом не поведет.
- Я и подумать не могла, что у тебя может быть такой парень, - между тем продолжает пытку вопросами Вика. - Ты мне ни разу даже словом не обмолвилась.
Мой парень? Так вот как это все выглядело со стороны!
- Горячий, дерзкий! А уж красавчик...Давно вы начали встречаться? Где познакомились? Уже было у вас…ну, ты понимаешь, или…
Господи, какой парень? Что она несет?
- Вик, извини, но я сваливаю, - перебиваю подругу, выбираясь из ее захвата.
Сквозь толпу начинаю пробираться к выходу, каждую секунду ожидая подвоха.
Вот, как мажор смог меня накрутить.
И напугать.
- Подожди, Тай.
- Вик, я не знакома с этим парнем, - признаюсь я, чуть уведя подругу в сторону. – Точнее, это тот самый бешеный отморозок, который избивал, я про него тебе рассказала, как только пришла в клуб.
- Оу…
- Он…пристал ко мне. Но я вырвалась. То есть, он сам отпустил, но... Вот почему я больше не могу здесь оставаться. Вдруг, передумает? Он мне совсем не понравился, – заканчиваю поскорее.
Признание дается мне не очень-то легко.
- Ээээ, раз так…Знаешь…Нам, вообще, тоже пора по домам, - кивает Вика.
…
Мы едем.
Викины подруги оживленно болтают, смеются и делятся впечатлениями. Их голоса звучат где-то далеко, как сквозь туман.
Я смотрю в окно, и пытаюсь прийти в себя после того, что произошло.
Я ведь сильная, а потому держусь.
Но хочется, как же хочется расплакаться. Особенно, когда подруга смотрит так сочувственно.
Я все еще ощущаю незнакомые, чужие губы на своих. Наглые и крепкие руки, сжимающие меня, словно в тисках.
И это вызывает у меня смешанные чувства.
Гнев, стыд и что-то ещё, чему я не нахожу объяснения. Это что-то беспокоит меня больше всего.