Я упаковал мясо в фольгу, немного дойти, но поглядывал, как Олененок ловко нарезала овощи, одновременно красиво оформляя сырную тарелку: туда и черри, и оливки, крекеры, которые мне в довесок достались, мед обязательно. Как я любил… Раньше она так для меня готовила: вкусно и красиво. Для меня важна эстетика, и прекрасный Олененок дарила ее.
Она сама — ходячий эстетический оргазм. Вон и Борик, смотрю, взгляды заинтересованные бросал. Регина — все, больше не звезда вечеринки. Что же, бывает.
— Свою личную жизнь, — я подошел к Саше близко и шепнул в волосы, втягивая аромат ромашкового поля, — устраивай за пределами этого дома и не с моим братом, поняла? — нормальное такое требование! В моем доме эта девочка будет целомудренной. Ну только если… Эх, договор. Хотя если по согласию сторон и дополнительное соглашение состряпать недолго.
— Конечно, — легко согласилась. — Зачем в доме? Я вот думала гинеколога сменить… — и повернулась ко мне. — У Рустама пальцы длинные, думаю, он знает, что делать на осмотре.
— Саша… — схватил за локоть, не сдержался. — Не смей.
— А то что? — прошипела в лицо. — Уволишь меня? А разве в трудовом договоре прописан пункт о моей личной жизни? — и взгляд перевела на мои пальцы, сжимавшие руку. Я отпустил, не хотел, чтобы наш обмен любезностями привлек внимание, но и сдержать ревностную злость не мог. И уволить Олененка тоже не мог! Все, мое спокойствие закончилось, это нужно просто признать. Буду пасти ее как козочку, от волков спасать.
— Адам, — кнам подошла Регина, — тебе помочь?
— Да, отнеси вагю, — вручил большую разделочную доску с мясом и большой нож.
Решила тоже женщиной побыть? Что-то новое. — Рустам, — крикнул брата, — поможешь мне хаммам прогреть?
— Тут на улице почти сауна! — рассмеялся он. — Зачем дополнительная парилка?
— Надо, — жестко зафиксировал предплечье и направил в известном направлении. В сторону банной постройки, естественно, хотя хотелось подальше, примерно в сторону самых далеких высот на букву «х».
Мы отошли подальше, глаз зацепился за бассейн, пустой и запущенный, отражение трагедии нашей семьи. Конкретно этот ни при чем, но… Если бы Сабина выздоровела. Если бы смогла забыть.
— Ты чего, брат? — Рустам нетерпеливо сбросил мою руку. Я увлекся, сжимая его плечо.
— Сашку оставь, — агрессия схлынула. Остались бессилие и усталость. — По-хорошему прошу.
Рустам напрягся, вся леность и праздность слетели, взгляд тяжелым стал, но не злым. Брат не любил, когда ему указывали, как жить и что делать, но уважал старших. Пусть между нами всего пять лет разницы, но он всегда меня уважал, в том числе за слово, данное Мадине. Не потому, что это было верно и правильно, а потому, что я его сдержал. Сейчас, наверное, думал, что я сошел с ума. Я ведь всех убедил, что ни о чем не жалею. Что готов к браку. Что мне не больно. Только однажды сорвался… Мать выслушала, пожалела, поняла. Она была яростно против свадьбы с Мадиной. Мама слишком любила меня, чтобы не ощутить моего страдания материнским сердцем. Когда-то ведь отец выбрал ее, не нашу по национальности, но самую любимую, а я… А я дал слово. Слово, которое развело меня с любимой. Но вышло, что любимая не любила. Значит, правильно поступил? Я совсем запутался. Что правда, а что ложь — перестал понимать.
— Адам, а что вообще происходит? Откуда Саша здесь?!
— Няня для Сабины, я же сказал, — буркнул и сорвал с бассейна брезент. Сейчас бы прыгнуть и освежиться.
— Из всех ты выбрал ее? — удивился Рустам. — Все же дочь и бывшая… — протянул. — Но я, если что, без претензий к Сашке. Просто не ожидал, да и красивая она. Столько лет — и совсем не изменилась. Удержишься сам-то? Регина уже ревнует, капац.
— Регина знала, на что шла. Я никому ничего не обещал, а Олененок… Главное — моя дочь, точка, — заявил именно в тот момент, когда Саша буквально промчалась мимо нас к дому, только волосы белым облаком окутывали стройную фигуру.
— Я сейчас, — проговорил и пошел за ней, но услышал:
— Ну-ну, — усмехнулся Рустам. — Многоточие… — практически пел. — Удержится он, ага.
Я догнал ее в пустой гостиной, едва освещенной парой ночных светильников. Все спали, мы были вдвоем. В беседке меня ждали друзья, коллеги и даже любовница, но… Эти светлые волосы сводили меня с ума. Широко распахнутые большие глаза лишали воли.
Губы, округлившиеся буквой «0»… Я догнал своего Олененка, к себе привлек, почти готовый нарушить слово…