— Это абсурд! — запрокинула голову, открывая тонкую шею с яркой голубой прожилкой под прозрачной кожей. — Ты собираешься контролировать мою личную жизнь и отстреливать мужчин рядом со мной?!
Александра всегда становилась Сашей и переходила на «ты», когда злилась или нервничала.
— Неплохая идея, — пожал плечами, сделав вид, что задумался. — Саша… — не удержался, погладил подушечкой большого пальца трепещущую венку. Олененок дернулась: она пыталась пресекать любую тактильность, а я, наоборот, использовал каждую возможность проявить ее, и никто из нас не дошел до конца: она не ушла, а я не взял ее так, как мечтал с первой повторной встречи. — Тебе нужен мужчина?
Ей нужно. Мне нужно. Так почему бы не вместе, взрослые же люди! Начальник и подчиненная, врач и медсестра, отец и няня — пошло до зубного скрежета, но если тянет на разрыв аорты, то можно? Это как врач говорю. Правда, после такого вряд ли возможен счастливый финал — увы, врач во мне всегда правдив. В жизни все намного циничней и практичней: ты мне, я тебе. Доброе, светлое, чистое — редкость. У меня был шанс, держал в руках хрустальную и искреннюю девочку, только я был нечестен с ней и дать ей мог только недостойную роль любовницы. Любимой женщины, но не первой и единственной жены. Я женился бы потом, но никто из нас не знал, сколько Всевышний отмерил Мадине. Слишком сильно я держался за свою честь и честь семьи. Ничего хорошего из этого не вышло, кроме маленького бутона — моей дочери. Аллах отобрал у меня нежную Сашу, но сжалился и наградил ребенком. Семь лет прошло, и Олененок снова рядом, нежна и терпелива с моей малышкой, только мы уже совсем не те. Она не хочет быть со мной. А я не уверен, что мог предложить ей больше, чем страстный роман. Жениться не собирался снова. Да и сомневаюсь, что подвалив с предложением руки и сердца, не буду послан ко всем шайтанам прямо в задницу. Александра Лисицына ничего ко мне не чувствовала, а Саша Олененок пряталась глубоко и боялась поднять свою прекрасную голову.
— Спасибо за заботу, — она все-таки встала, — если мне понадобится мужчина, я найду его сама.
— Такого, как этот Олег? — напомнил ей про гада, которого выставил из ее квартиры.
Она даже не обернулась, скрываясь за дверью: я только услышал «ой» и кудахтанье тети Розы.
— Ужин на столе, Адамчик, — пригласила меня. — Твои любимые хычины испекла.
Мне кажется, или я реально услышал звонкий женский смех? Ох уж эти хычины!
Из кухни доносились великолепные ароматы, а от обилия блюд в столовой текли слюнки — вроде бы не праздник, а такой стол! Я старался приезжать домой пораньше, чтобы с дочкой поужинать и перед сном пообщаться, но если операция или экстренная ситуация, то мог и на всю ночь в клинике зависнуть. Поэтому, когда удавалось приехать к ужину, мы ели вдвоем, камерно и очень тихо. Сегодня было громко, словно большая шумная семья собралась за общим столом.
Тетя Роза щебетала без устали и расставляла тарелки. Саша помогала, раскладывая приборы и ажурные салфетки. Тим экспериментировал с клюквенным морсом, погружая в него «тело» — сила Архимеда в действии! Сабина с любопытством наблюдала и хлопала в ладоши.
— Тима! — воскликнула Саша, заметив малиновое пятно на столе. — Тряпку в зубы и привет.
Я усмехнулся. Ее мальчишка сразу взялся за салфетку и ловко все убрал. Видно, что не в первый раз.
— Нельзя так с мужчинами, женщина! — я включил горного джигита.
— Маме нужно помогать, — уверенно ответил Тим. — Если хочешь стать настоящим мужчиной, — за что получил теплую улыбку от Саши. Прав, во всем прав!
— Здравствуй, принцесса, — раскрыл объятия, когда моя дочь заметила меня: бросилась на руки и звонко чмокнула в щеку. Глаза светились, на лице улыбка. — Здорово, Тим, — ему протянул руку как равному. Он мужчина стопроцентный.
Сабина взяла меня за палец и подвела к столу, усадила на мое место, почетное, главы семьи, и так ласково дотронулась до бедра Саши, привлекая внимание.
— Помочь хочешь? — они обменялись взглядами и буквально на пальцах поняли друг друга. — За папой поухаживать? — Сабина кивнула.
Дочь очень осторожно встала на стул коленями и из красивой фарфоровой супницы наливала большим половником яркий холодный летний суп. В сердце защемило от умиления. Маленькая хозяйка подрастает. Взгляд непроизвольно мазнул по Саше: в переднике, такая домашняя, она как раз мешала в казане ароматный плов. Готовила она всегда отменно, чувство вкуса от бога!