Только ближе к полудню мы вернулись обратно в отель. До номера Саша опять нёс меня на руках, причём эту картину созерцало большинство постояльцев. Прославились мы.
На обед и на ужин я решила не ходить. Не хотелось лишних разговоров. Да и нога не влезала ни в какую обувь. Хорошо хоть мои заботливые девочки принесли мне покушать, притом количество еды поражало. Представляю, что обо мне подумали… Не иначе, что я – обжора.
Вечером девочки в сопровождении мальчиков сходили и купили мне все лекарства, а также обувь. И не просто обувь, а «пантолеты», как их гордо назвали продавцы, да еще и больше на четыре размера. Зато моей бедной ноге было комфортно.
Перед сном я стала делать перевязку и что-то у меня всё никак не получалось забинтовать ногу. Марина попыталась помочь, но стало ещё хуже. И тут она говорит:
– Давай Сашу позовём. Он так и сказал, чтобы в случае чего его позвали на помощь. Перевязки сказал, делать умеет.
– Нет уж. Спасибо! – запаниковала я. – Он и так мне слишком много помогает.
– Надо признать, что весьма своевременная и даже, я бы сказала, бесценная помощь! – назидательно заметила Наталья.
– Кстати, а чем они вообще занимаются? – перевела я тему, а заодно и решила прояснить интересующий меня вопрос.
– Бизнесом каким-то. Я особо не вникала, – сказала Наташа. – Но видно, что при деньгах.
– Да уж. Машина у Саши дорогущая. А им по двадцать семь–двадцать восемь лет… – ответила я.
– Наташ, ты бы побольше порасспрашивала Максима. Любопытно же! – удивила нас Марина.
– Ого, девчонки! Я смотрю, вам мальчики тоже интересны. Лёд тронулся… – хохотнула Наташа, подмигивая нам.
– Опять ты за своё. Просто любопытно. Обычное женское любопытство. И всё.
– Ну-ну… – загадочно заулыбалась Наталья.
– Ладно, давайте спать. Да, кстати, экскурсию отложили до твоего выздоровления, чтобы всем вместе поехать. А то тебя страшно одну оставлять.
– Хватит издеваться, – простонала я.
– Это не мы сказали, а Саша, – засмеялись девчонки.
Я лишь закатила глаза.
Глава 8.
Глава 8.
Следующий день я провела спокойно, практически в одиночестве. Я не хотела кого-либо обременять, поэтому целый день пробыла в номере. Еду девчонки приносили. А я просто лежала, держа ногу в покое, и старалась научиться делать перевязки.
Рана на ноге довольно быстро затягивалась и почти не болела. На следующее утро я уже могла более-менее передвигаться, правда, немного прихрамывая. В основном, старалась поберечь ногу и не наступать на пораненное место.
Когда мы с девочками пришли на завтрак, ребята встретили меня аплодисментами. Как же мне было неловко!
На море я тоже решила идти, только вот не учла, что спуск к морю – это ступеньки. Недолго думая, Саша опять взял меня на руки и понёс вниз. Все переглядывались и улыбались, а я сгорала со стыда.
Я не купалась, просто загорала. Со мной постоянно кто-то был, меня старались развлечь или просто не хотели оставлять одну, беспокоясь, как бы я чего не сотворила. Так что скучать мне не приходилось. Я постоянно была в центре внимания.
В какой-то момент заметила, что Саша общается с довольно миленькой девушкой и даже улыбается ей. А я-то думала, он и улыбаться не умеет. Ан нет! Признаюсь, в груди неприятно царапнуло. Только непонятно с чего!?
***
Следующие несколько дней прошли для меня в таком же, можно сказать, вялотекущем режиме.
На завтраки-обеды-ужины я, естественно, ковыляла.
А вот на море не ходила, памятуя, что Саше пришлось не только спускать меня вниз по ступенькам к морю, а потом и поднимать. А это, между прочим, сто двадцать четыре ступеньки! По жаре, да ещё и с такой тушкой, как я… Кто бы знал, как мне было неудобно.
К тому же я, испытывая колоссальное волнение и, естественно, жуткое смущение, старалась как можно дальше отодвинуться от тела Саши. Наивная, конечно! С учетом, что он наоборот старался прижать поближе к себе. А в середине пути вообще сказал:
– Обхвати меня за шею. Так удобнее.
Что мне оставалось? Только сделать так, как он говорит.
Немного не рассчитав, я провела рукой по его спине, а почувствовав неровную поверхность израненной кожи и вспомнив жуткий вид, представший перед моими глазами пару дней назад, я резко отдернула руку и не смогла, к сожалению, скрыть своего отвращения.
Саша всё понял, почувствовал. Посмотрел на меня нечитаемым взглядом, сильнее сжал челюсти, отчего желваки заходили ходуном и пошел ещё быстрее, напрочь сбивая дыхание.