Ещё долго мы не можем уснуть. Такое ощущение, что за два дня у каждой из нас кардинально переменилась жизнь. Накопилось столько всего, что не переговорить. Делимся мыслями, переживаниями, планами, и что уж греха таить, сплетничаем про ребят. Они, наверное, тоже не спят, борясь с приступами икоты.
Засыпаем только утром, в то время, когда все нормальные люди уже направляются на завтрак.
Мне снится Саша. Его лицо. Глаза, которые уже не кажутся ужасными, а наоборот – очень добрыми. Губы – мягкие и нежные. Его волнительный поцелуй. Сильные руки, которые так бережно, и в то же время крепко-крепко обнимают. И во сне он зовёт меня.
Просыпаюсь как от толчка. Резко подскакиваю в постели, распахиваю глаза. Сердце заходится в бешеном ритме. В висках – пульсирует. Надсадно дышу.
Мне страшно. Очень. Первая мысль – вдруг что-то с Сашей.
Хватаю телефон, а там – пусто. Ни сообщений, ни звонков.
Думаю, ну не глупая ли я? Кто же мне должен написать или позвонить?
В любом случае, Саша там не один. Если что – ему помогут или вызовут врача. Хоть так пытаюсь себя успокоить.
А желание одно – немедля сорваться к нему и увидеть его своими глазами.
Простое человеческое желание переживающего и благодарного человека.
И ничего больше!
Глава 24.
Глава 24.
Уснуть больше не получается. Хотя, на часах итак час дня. Бужу девчонок. Неторопливо собираемся и спускаемся на обед уже в начале третьего. В ресторанчике встречаемся с ребятами, Максом и Глебом. Саши – нет.
– С Саней всё в порядке, – предупреждая мой вопрос говорит Глеб. – Вечером присоединится к нам, за ужином.
В планах на сегодня: море и пляж. Тюлений отдых, без лишних телодвижений. Остаются последние деньки, так что надо побольше впитать в себя витамина Д.
Так что сразу после обеда переодеваемся и идём купаться и загорать. Море сегодня, как никогда, спокойное, синее-синее. Как раз самое то для меня. Надо за эти дни накупаться вдоволь, а то за весь отпуск как-то и не складывалось с купанием.
Все, кроме меня, сразу же бросаются в воду. Я же решаю сначала немного позагорать. Не спеша раздеваюсь, устраиваюсь на лежаке. Сначала лежу на спине, потом переворачиваюсь на живот, и в этот момент вдруг слышу:
– Привет! – тихий голос с хрипотцой. – Откуда у тебя такие синяки по телу?
– Ой! – от неожиданности едва не наворачиваюсь с лежака. – Привет!
Как всегда, смущённо смотрю на Сашу снизу вверх. Он в шортах и футболке, на голове – неизменная бейсболка. Вот так и не скажешь, что этот парень сильно травмирован и на теле живого места нет.
Однако, когда он присаживается на соседний лежак, едва уловимо морщится и сжимает челюсти, а также прижимает руку к животу, что явно говорит о том, что ему не так и хорошо, как могло бы показаться на первый взгляд.
Я же, как ошпаренная, подрываюсь с места, меняя горизонтальное положение тела на вертикальное.
– Как ты себя чувствуешь? – голос выдаёт моё волнение. – Не рано тебе ещё на пляж?
Смотрит на меня. Каждый миллиметр тела изучает, сканирует рентгеновским взглядом.
– Я вопрос задал… – спустя минуту внимательного разглядывания жестко выдает. – Откуда такие синяки?
– Упала… тогда… – неопределённо пожимаю плечами.
– Бл_дь, суки… – с яростью в бешенных глазах сжимает кулаки. – Убью, нах_й! – и начинает приподниматься.
– Саш, пожалуйста, – пытаюсь удержать его на месте.
Но где мне удержать такую махину. Резко встаёт.
– Саша, пожалуйста, прошу тебя! – преграждаю ему путь. – Прошу! Не надо!
В порыве прижимаюсь к нему. Он тяжело и шумно дышит, сердце колошматит, его потряхивает.
– Пожалуйста, прошу тебя! Умоляю! Не надо! – глажу его напряжённые плечи, руки. – Ты их итак достаточно наказал!
Понимаю, что он в бешенстве. В ярости. В таком состоянии может наворотить таких дел… А потом то что?!
– Саша, Сашенька, ну пожалуйста! – перемещаю свои руки на его лицо, продолжая гладить теперь его лицо.
– Почему ничего не сказала? – требовательно спрашивает. – Почему?
– Саша, это такая ерунда, по сравнению с твоими травмами. Я вообще этому значения не придала. Синяк и синяк. Подумаешь! Мне уже и не больно совсем.
– Не больно совсем… – медленно произносит за мной.
– Саша, Сашенька, пожалуйста, ради меня… – молю его. – Не надо…
Смотрит. Долго. Внимательно. Неожиданно проводит пальцами по моему лицу. А потом бережно обнимает.
– Пожалуйста! – прошу его.
Молчит, только шумно дышит.
– Пообещай мне! – требую от него. – Пожалуйста! Я очень боюсь за тебя! Переживаю!
– Оль…
– Пообещай мне! – отстраняюсь и заглядываю ему в глаза.