Скорее всего, такое моё настроение напрямую связано с настроением моих девочек. А они – печалятся. Даже Наталья, которая всегда кажется «непробиваемой», сейчас «даёт слабину» и начинает хандрить. Марина, так вообще, выглядит расстроенной и несчастной.
Хоть мы и стараемся отвлечься, посмеяться и пошутить, вспоминая какие-то забавные моменты, но как ни крути, все эти моменты связаны с ребятами. Получается смех с грустинкой.
Девчонки целый день не выпускают телефоны из рук, общаясь в те редкие моменты, когда появляется связь, с ребятами. Даже спят в обнимку с телефонами, моментально реагируя на долгожданное пиликанье входящего сообщения. И что характерно, мгновенно их лица озаряются улыбками и искрятся счастьем.
Да, влипли мои подруженьки… Влюбились, однозначно! Чтобы они мне не говорили.
Мне тоже приходят сообщения от Саши… И я тоже почему то улыбаюсь…
«Одуванчик, привет! Как вы?»
«Привет! У нас всё хорошо».
Отвечаю ему лаконично. Ну не писать же ему в ответ, что грустим и скучаем. Тем более, это не совсем я грущу и скучаю… А мои девочки… А я так, за компанию с ними.
«Вас не хватает… Скучаем…». Приходит следующее сообщение.
Вот что мне на это ответить?
«Вам должно быть не до скуки. Море, солнце, развлечения…»
«Так-то оно так, да не так…»
«Оля, как дела?» – приходит очередное сообщение спустя несколько часов.
«Всё ОК. Большую часть времени спим» – отвечаю, как есть.
«А мы с пацанами места себе не находим… Меня ломает, п_здец как!»
«Ты плохо себя чувствуешь?» – начинаю волноваться.
«Без тебя плохо…»
Связь, к счастью, снова пропадает на несколько часов, позволяя отойти от его сообщения и не отвечать на него. Даже не представляю, что можно на это написать.
Вроде бы мне должно быть безразлично, но сердце начинает биться чаще после такого сообщения.
«Одно желание у нас на троих: всё бросить и сорваться к вам!». Ещё одно сообщение.
Нет-нет. Вот так точно поступать не надо. Особенно тебе, Саша. Я не готова, да и не хочу с тобой пересекаться.
– Макс пишет, что они дико скучают, – горестно вздыхает Наталья. – И как только они вернутся, то мы сразу же все вместе встретимся.
– Глеб тоже такое пишет… – срывающимся голосом произносит Марина.
– Девчонки, ну вы чего… раскисли то совсем? – не выдерживаю я. – Одна неделя и встретитесь вы со своими любимыми…
Одновременно цокают и кидают на меня задумчивые взгляды. Но молчат.
Однозначно, мы все в стрессе, потому что много спим и едим. Практически за сутки в пути мы съедаем большую часть запасов провизии. А её у нас было, между прочим, на три дня минимум. И это всё стараниями ребят. Заботливые наши!
В родной город прибываем ближе к обеду. Нас встречает мой папа и развозит по домам.
– Как отдохнули, девочки?
– Всё прекрасно! – дружно отвечаем мы.
– Это очень хорошо! Смотрю загорели все отлично, кроме моей бледной дочери…
– Пап, я тебе много раз говорила, что у меня кожа такая…
– Купалась хоть?
– Конечно! – вовсю возмущаюсь папиным вопросам.
– Девчонки, ну расскажите поподробнее. Про место отдыха, еду, море…
И мы начинаем, перебивая друг друга, подробно вещать про наш отдых, избегая, естественно, рассказов про ребят, и про казусные ситуации со мной. Зачем нервировать папу лишний раз? Он итак считает меня маленьким ребёнком. А если узнает, что я наворотила за эти дни, то меня точно больше никуда не отпустят.
Сначала завозим Наталью, потом Марину. Расставаться с девочками очень тяжело.
В итоге, домой захожу с «кислой миной».
Родители понять не могут, что со мной такое. Ну не вдаваться же и правда в подробности такой бурной жизни за последние несколько недель. А без подробностей – и не понять им моего состояния. Стараюсь, чтобы моё настроение, а вернее его отсутствие, не так бросалось в глаза, но… Как ни старайся, а пустоту ничем не заполнить.
Занимаю себя всевозможными делами: разбираю вещи, стираю, глажу, иду в магазин, общаюсь с родителями и рассказываю об отпуске в общих чертах, вручаю им подарки, созваниваюсь с девчонками, причём не по одному разу, звоню коллеге по работе узнать что-то новенькое. Как могу коротаю время и стараюсь переключиться на насущные дела, только бы не оставаться со своими плаксивыми мыслями наедине.