— Газели разгружаем сюда, — бросил Саныч будничным тоном, словно речь шла о мешках с картошкой. — Утром поднимаем, перегружаем в прицеп и колонной выезжаем в порт. Сопровождение невидимое, лишнего внимания не привлекаем. Пара парней едет внутри с грузом. Гром спереди, мы страхуем сзади.
Я кивал, сохраняя каменное лицо. Старался выглядеть так, будто меня совсем не задевает то, что в этой фуре, за ящиками с овощами, поедут перепуганные молодые девчонки.
— Пойдем, покажу тебе остальное.
Мы вернулись наверх, Саныч двинулся вглубь ангара, я шёл за ним. Здание ангара было огромным.
— Склад у нас оформлен ровно, — сказал он, заметив, как я осматриваюсь. — Бумаги чистые, охрана своя, лишних глаз нет. Половина склада работает легально: овощи, фрукты, консервы, всё как в накладных.
Саныч повёл меня мимо контейнеров.
— Видишь этих? — он тихо кивнул на парня в оранжевой жилетке, что возился с паллетой. — Они в курсе только овощей и фруктов. Для них это обычный логистический центр. Для налоговой и таможни мы честные торговцы. А ночные погрузки — только для своих. Понял? Тут ни арендаторов, ни случайных грузов. Всё Рябого.
Он хлопнул меня по плечу и добавил с улыбкой:
— Поэтому если сюда сунется кто-то чужой, долго не проживёт.
Глава 17
Артём
К Золотцу я вернулся ближе к ночи. Саныч подробно рассказал мне устройство склада, показал подсобку и познакомил с парнями, которых я ещё не знал.
А потом мы поехали в ресторан к остальным, что, конечно же, входило в обязательную программу. Там праздновали день рождения одного из старших людей Рябого, поэтому без живой музыки, танцев и очередной партии шлюх не обошлось.
Злата еще не спала, лежала в комнате на кровати, глядя в телевизор.
– Привет, Золотце, — сказал ей. Она посмотрела на меня и клянусь, в серых глазах мелькнул отголосок радости. Привыкать ко мне начинает, моя красавица.
Я сбросил одежду и нырнул к ней под одеяло. Она была в одной футболке и крошечных трусиках, которые тут же полетели на пол. Пришло время исполнить своё обещание. Я впился губами в её живот, жадно целуя и двигаясь всё ниже, к гладкому холмику.
Она выбривала себе почти все, кроме маленького треугольничка волос, который только сильнее заводил меня. Я прошелся языком по нежной коже и коснулся горячих складочек.
— Артём… подожди. Я… — выдохнула моя девочка с лёгким испугом, но я лишь прижал её крепче и усилил нажим языка.
Боже, какая же она была вкусная. Сладкая, как спелый фрукт. Я обхватил её бёдра руками и раздвинул шире, углубляясь всё сильнее. Сначала я трахал её своим языком, входя всё глубже, а потом водил круги по клитору, доводя её до безумия. От её дрожи и стонов у меня был такой стояк, что член почти лопался от напряжения.
Я всунул палец в её горячую пещерку и мышцы тут же плотно обхватили его. Блядь, какая же она тесная, прям как девочка. Я начал трахать её пальцем и вылизывал клитор с такой жадностью, что уже спустя пару минут она задрожала, вцепилась мне руками в волосы и кончила с таким криком, что я сам чуть не спустил прям в простыню.
Дав ей отдышаться, я продолжил уже нежнее, едва касаясь кончиком языка набухшей горошинки. Жадно ловил каждый её стон, чувствуя, как она снова теряет контроль. Её бёдра сами прижимали моё лицо крепче, словно она уже не могла без этих движений.
Я елозил языком вниз и вверх, зажимал её клитор губами, играя с ним, пока она, изгибаясь, снова не затряслась в конвульсиях удовольствия.
Тут уже я не смог сдержаться, рывком подтянул её к себе и вошёл со всего размаху на всю глубину. Она была такой горячей, такой влажной и тугой, всё ещё дрожащей от оргазма, что я успел сделать лишь пару движений, как у меня потемнело в глазах и я взорвался с такой силой, что не успел выйти.
Когда мы оба пришли в себя, она сердито стукнула меня кулаком в грудь.