— Обязательно буду, — кивнула я, смотря снизу вверх в добрые глаза мужчины, которые полны сочувствия. — Каждый день.
— Вот и отлично.
Мы вошли в палату, где на койке лежала Сеня. Бледная и истощённая. Снова сердце сжалось от боли. Вновь захотелось разрыдаться. Почему именно Сеня? Николай Михайлович молча выходит из палаты. Я присаживаюсь на край кровати и перехватываю тонкую ладонь сестры, подношу её к лицу и целую тонкие пальцы. Даже они пахнут лекарствами.
— Как ты себя чувствуешь, Весна? — спрашиваю тихо, вглядываясь в бледное лицо.
— Будто поезд переехал несколько раз, — горько усмехается девушка. — Но послезавтра отпустят домой. Дома лучше, — её пальцы касаются в ласке моей щеки. — Где ты вчера была? Бабушка говорит, что ты с Настей гулять выбралась.
Я тут же краснею, вспоминаю о Кире. И о Максе. Перед глазами его лицо появляется, с кривой и наглой улыбочкой.
— Вау, — тихо смеётся Сеня, — что я вижу. Не могу поверить своим глазам. Ты влюбилась!
— Нет, — я отрицательно мотаю головой.
— Да-а-а, — тянет довольна сестра. — И кто он? Как его зовут?
— Кирилл, — опускаю глаза. — Я с ним познакомилась вчера на вечеринке в честь дня рождения его брата. Он напоил меня какао и отвёз меня домой.
— Он мне уже нравится. Сильно он тебя зацепил?
— Не знаю, — пожимаю плечами. — Он очень хороший. Очень. И красивый, как с обложки журнала. И даже немного застенчивый, не несёт его с внешностью. Просто мне нужно привыкнуть, узнать его поближе, тогда я влюблюсь. Знаю, что такого человека я полюблю быстро. Его невозможно не полюбить.
— Но полюбишь ли ты его, как мужчину? — рука старшей сестры легла на мою щёку. — Не торопись с выбором, Эльфёнок. Потому что потом просто может снести крышу, когда ты встретишь того, кто одним взглядом будет вышибать почву из-под ног.
Кажется, уже встретила. Но я слишком боюсь потерять голову, а после остаться с разбитым сердцем.
— Так говоришь, будто тебе это знакомо, — бурчу я.
— Знаешь ведь, что незнакомо, — сестра отводит волосы с моего лица. — Просто на процедурах я разговариваю с разными людьми. И мне рассказывали столько разных историй, — фыркает, — что мне самое кажется, что я всё это пережила. Мудрость из меня прям прёт, — Сеня хохотнула. — Но что-то мне кажется, что ты мне что-то не договариваешь.
Пальцы сестры проходятся по рёбрам. Я хохочу и изворачиваюсь.
— Тебе только кажется, — пожимаю плечами я.
— Ну, как знаешь. Захочешь, позже сама расскажешь. Как бабушка? Сильно переживает?
— Очень, — выдыхаю. — Я ей её не говорила, что нужна будет операция. И не знаю, как сказать. Николай Михайлович обещал дать связаться с центром, где проводят сбор средств на операции. Вдруг повезёт. Я сегодня хочу пойти устроиться на работу, чтобы хоть что-то накопить.
— Эльфёнок, — сестра качает головой, — ты в месяц сможешь заработать не больше шестидесяти тысяч. Даже если все сбережения мы потратим. Даже если продадим квартиру и дачу. Этого недостаточно.
— Нужно найти отца. Я знаю, что бабушка не любит о нём говорить. Но, если он жив? Если он сможет помочь?
— Не стоит, Эля. Бабушку в дрожь бросает, стоит только заикнуться об отце или других родственниках. Я понятия не имею, что они за люди, но судя по её реакции, они там чуть ли не бандиты. Ей вечно кажется, что за нами следят. Лишний раз заставлять её нервничать я не хочу. Ей и так забот хватает. Нам всем хватает.
— Ну, а где тогда деньги взять? Девственность продать?
— Не городи чепухи, Эля. Посмотрим, как будет продвигаться сбор средств. Кто знает, вдруг мне хоть раз в жизни повезёт…
— Повезёт, — шёпотом сказала я, обхватывая её ледяные ладони. — Обязательно повезёт.
У сестры я просидела до позднего вечера. Когда вернулась домой, меня встретила радостная бабуля, которая с порога меня огорошила:
— Твой парень тебя ждёт на кухне. Скорее раздевайся.
Быстро мою руки и спешу на кухню. С замиранием сердца выглядываю из-за угла и чуть разочарованно выдыхаю, тут же одёргивая себя. За столом сидит Кир с чашкой в руках, которая кажется ничтожно маленькой в его руках. Он внимательно слушает бабушку и кивает.