Я мотнула головой отрицательно и прикусила губу. Макс вздохнул тяжело, за руку взял и повёл в сторону остановки. Только в другую сторону от моего дома. Молча увлёк в подъехавший автобус, усадил к окну, закинул руку на спинку сиденья и зашептал жарко на ухо, от чего я залилась краской:
— Хочу тебя каждое мгновение, каждую грёбаную секунду. Хочу обладать не только твоим телом, но знать каждую твою мысль, твою эмоцию. Хочу, чтобы все твои улыбки принадлежали только мне. Хочу спрятать тебя от всего мира, потому что ревную дико, неконтролируемо. Ты думаешь, что у тебя есть недостатки, а мне на них плевать. Для меня ты идеальна каждой клеточкой своего тела. Своим запахом. Своим голосом. Каждым своим движением. Стоит нам только оказаться за дверьми моей комнаты, я вылижу тебя с ног до головы. Каждый участок твоего идеального тела, — прикусил мочку уха, из-за чего я задрожала.
— Макс, — выдохнула, сводя ноги вместе.
— Я чувствую запах твоего возбуждения… — прохрипел. — И это сносит крышу.
Макс отстранился от меня, но руку со спинки сиденья не убрал, продолжил поглаживать кончиками пальцев заднюю часть шеи. Дорога казалось невыносимо долгой. Меня потряхивало от незнакомых раннее ощущений. И когда мы оказались в знакомой мне комнате и щёлкнул замок, я облегчённо застонала в жадные губы, накрывшие мой рот.
Глава 10
Макс
Малышка едва слышно стонет в мой рот, податливо распахнув губы и окончательно сметая всю выдержку. Руками ныряю под куртку девчонки, сжимаю ладную попку, подтягивая Элю ближе к себе. Ещё ближе, так чтобы грохот её сердца не только слышать, но и чувствовать грудью. Пропускать каждый удар сквозь себя. Вздрагивать от наслаждения и странной, раннее незнакомой эйфории. Я не просто влюблён в Элю, я одержим ею, болен. Непривычно осознавать, что теперь для меня на первом месте чувства, мысли и эмоции этой девчонки. Непривычно осмыслить, что за улыбку этой девушки я готов убить, перевернуть мир вверх дном. Только бы улыбалась, только бы карие глаза светились от счастья. Но в то же время кажется, что это чувство вечность назад поселилось в груди.
Медленно веду ладонями по худой спине, считая каждый позвонок, чувствуя дрожь любимого тела. Моя крошка. Незнакомая дрожь и трепет пронзают тело. Девчонку хочется сгрести в объятия, сжать с силой, так, чтобы мышцы свело, зубами вновь впиться в нежную кожу. Оставить сотни следов принадлежности девушки мне. И в то же время страшно касаться девчонки, страшно оставить хоть один синяк на бледной коже. Столь бледной и тонкой, что видно синие венки под белым пергаментом кожи. Разрываю нехотя поцелуй и отстраняюсь ровно настолько, чтобы заглянуть в приподнятое лицо, с зажмуренными глазами и приоткрытыми от частого и рваного дыхания губами. Покрасневшими, влажными, влекущими вновь и вновь целовать их. Вгрызаться, прикусывать, слизывать пряную кровь, вкус которой дурманит. Чёрные длинные ресницы подрагивают, после чего девчонка глаза распахивает, заставив рухнуть меня в бездну. Зрачки в шоколадных глазах расширены, а в их глубине плещется неприкрытое желание. Робкое, как вся эта девчонка, но легче от этого не становится. В паху всё сводит от желания. Настолько сильного, что становится больно. Костяшками пальцев с нежностью провожу по румяной щёчке. Медленно опускаю руки на хрупкие плечи и стягиваю пуховик, не глядя отбрасывая его в угол комнаты. Отвожу светлые волосы в сторону, чтобы губами коснуться тонкой шеи, чтобы почувствовать пульс губами. Эля вздрагивает и издаёт едва слышный стон, откидывая голову назад и открывая больше доступа к бледной коже. Провожу носом до самого ушка, задерживаюсь особо долго у мочки, чуть прикусывая её и оттягивая зубами. В то время как руки вниз по ладному телу ползут, чтобы подцепить кофту и потянуть наверх, не давая ни единого шанса Эле засомневаться или застесняться. Верхняя часть гардероба отправляется вслед за курткой на пол. Дыхание застревает в груди, когда обнаруживаю, что девчонка без лифчика. Маленькая аккуратная грудь, со сжавшимися сосками так и просится в рот.
— Не смей, — хриплю, когда чувствую, что девчонка смущается и дёргается, чтобы прикрыть ладошками грудь.
— У меня маленькая… — сиплый, прерывистый голос Эли колючим наслаждением проникает под кожу и разливается чистейшим кайфом по венам.
— Глупая, — шепнул в её ароматную кожу, ведя носом от шеи к груди, чтобы накрыть губами сжавшийся сосок и чуть прикусить. Чтобы вызвать из груди малышки очередной прерывистый вздох. Глаза закатываются от наслаждения. С девчонкой всё иначе. Совсем не так, как с другими. Рядом с ней меркнут даже самые опытные. Просто прикасаться к ней сродни оргазма. Её стоны и частое дыхание разносятся наслаждением по венам. Её запах пьянит похлеще крепкого алкоголя. Я смакую её, как самое дорогое вино. Языком провожу по коже, наслаждаясь вкусом кожи.