Найдя нужные мне документы, поняла, в чем все-таки состоит подвох. Их было больше сотни. Кто-то сегодня опять задержится на работе допоздна, и теперь идея о ночевке в приемной мне не кажется, такой уже плохой. Прежде чем начать работать, позвонила маме.
- Привет, мамуль. Как у вас дела?
- Леночка, привет. Я сейчас как раз у папы в больнице. Врач сказал, что тянуть больше нельзя, на следующей неделе надо делать операцию обязательно, - в голосе родительницы отчетливо слышались волнение и испуг.
- Не переживай, все будет хорошо, и операция пройдет удачно. Ты, главное, не плачь и не нервничай, хотя бы при папе. Ему сейчас как никогда нужна твоя поддержка, - я попыталась произнести уверенно это, надеясь вселить в маму мужество и стойкость.
- Да, ты права. Поговоришь с ним? А то он у меня буквально трубку из рук вырывает, - смеясь, пробормотала родительница в трубку.
- Конечно, - теперь, главное, не заплакать. Ему меньше всего нужны мои слезы и сопли.
- Дочь, я так рад тебя слышать, как твои дела? Как работа? Шеф не обижает? – слышно, что папа хочет казаться веселым, убедить, что у него все хорошо, и волноваться не стоит. Но дрожащий голос его выдает.
- Папочка, да у меня-то все хорошо. Сейчас как раз на работе. Нет, не обижает, очень милый и приятный человек, - тут я, конечно, душой покривила. Может он и милый, и приятный, но точно где-то в параллельном мире. Что только ни скажешь, чтобы родители не волновались. Но, на самом деле, мне кажется, что демон не такой уж и плохой, и, случись что-то серьезное, поможет. – У тебя как дела? Все книги дочитал, которые я тебе приносила?
- Смотри, если что, ты только скажи, - после его слов на лице появилась улыбка, а в глазах слезы. Даже в таком состоянии заботится обо мне. - У меня тоже все хорошо. Да уже давно дочитал, сейчас вообще нечем заняться со скуки тут помираю.
Договорить нам не дал шеф, вышедший из кабинета.
- Елена Николаевна, разбирайтесь со своими личными делами за пределами бизнес-центра. И попрошу впредь не отвлекаться на разговоры в рабочее время, - сказал, как отрезал. И вышел, к генеральному пошел, скорее всего.
- Папочка, я вам с мамой завтра еще позвоню, дел очень много. Целую.
Договорив, поняла, что по щеке бежит непрошенная слеза. Быстренько стерла ее, надеюсь, шеф не заметил ничего. Так, сначала в дамскую комнату схожу, а потом уже документами займусь.
Стоя перед зеркалом, осмысливала разговор. Хоть я и успокаивала маму, но чувствовала, что сама очень сильно переживаю, да и как тут не переживать. Надо собраться, возможно, работа поможет отвлечься.
Сев за компьютер, попыталась сосредоточиться, но вскоре так увлеклась, что, оторвав взгляд от документов, поняла: я проработала уже 3 часа. Время обедать. Второй день без обеда будет уже кощунством. Позвонила Наташе и спросила у нее, не собирается ли она на обед. Оказалось, они уже с девчонками сидят в кафе напротив бизнес-центра, предложила мне присоединиться к ним. Чудесная возможность с коллективом поближе познакомиться, да и сплетни последние послушать. Надо быть в курсе местных страстей и трагедий. Как говорится, предупрежден, значит вооружен.
В приподнятом настроении собралась уже выходить из приемной, как вдруг дверь кабинета открылась, и свой лик явил всеми обожаемый Глеб Сергеевич. Как во время все-таки он умеет появляться.
- Елена Николаевна, вы куда-то собрались? – смотрит на меня поверх очков с недобрым прищуром. Кстати, откуда у него очки?!
- Так обед ведь, Глеб Сергеевич, хочу покушать сходить, вы же не против?
- Да? А я и не заметил, конечно, идите.
Ну да, вы же не человек, а робот, но мы-то простые, обыкновенные людишки, которым свойственны различные чувства, в том числе и голода. – Только через полчаса вы должны быть на рабочем месте. Когда будете возвращаться, в бухгалтерию зайдите, заберите отчеты за этот месяц. Михаил Львович попросил меня их проверить, а вы должны будете мне помочь. С договорами за год тогда завтра разберетесь, если сегодня не успеете.