– Я тебя тоже очень люблю! – обнимаю за могучую шею и прижимаюсь настолько, насколько позволяет мне мой огромный живот.
– Поехали? – с надеждой в голосе спрашивает Саша.
– Да… Но сначала перепроверим сумки!
Господи! Как же это волнительно! Ещё ни разу в своей жизни я так тщательно никуда не собиралась. А с другой стороны, я и в роддом впервые в жизни собираюсь. Вот и переживаю, что что-то забуду, то, без чего вообще никак.
– Здесь – документы, твои и мои, – начинает перечислять Саша, в двадцатый раз просматривая содержимое сумок. – В этой сумке – твои вещи для роддома. В этой сумке – на выписку. У меня – всё в одной сумке. Дальше… Здесь – детские вещи в роддом. Здесь – на выписку. Здесь – подгузники, присыпка, мыло, крем, соски, бутылочки и так далее. В этой сумке – наши с тобой косметические принадлежности. Здесь – твои прокладки обычные, послеродовые, вкладыши в бюстгальтер. Здесь – вода, сок. Здесь – еда. Всё на месте, – констатирует Саша.
– А фотоальбомы? Фотографии?
– Какие фотографии? – «лезут на лоб» глаза Саши.
– Ну как какие!? – возмущаюсь я. – Наши с тобой! С моего дня рождения. С нашей свадьбы. С нашего венчания. С твоего дня рождения. С нового года. Да и вообще, все наши с тобой фотографии!
– Родная, а на телефоне, планшете, ноутбуке мы посмотреть их не сможем? – вопросительно приподнимает густую бровь Саша.
– Возможно… Но я хочу взять с собой наши фотоальбомы, в которых именно распечатанные фотографии. Или ты считаешь, что в этом нет необходимости? – строго смотрю на него.
– Конечно, надо взять, – не глядя на меня Саша устремляется вглубь квартиры.
– Саш, ты злишься на меня?
– Нет, – и правда очень спокойно произносит взмыленный Саша, когда возвращается с нашими фотоальбомами в количестве десяти штук.
– Так… ещё забыли игрушки и сказки, – сама иду в детскую комнату, не доверяя Саше.
– Господи! Помоги мне! – стараюсь пропустить мимо ушей слова Саши.
– Саш, а ты детское кресло установил в машине?
– Да.
– Хорошо. А машину помыл?
– Да. И ещё помою. И квартиру тоже, – предупреждая мой следующий вопрос отвечает. – Клининг закажу.
– Нет. Не надо клининг. Это посторонние люди.
– Хорошо. Сам сделаю уборку. Поехали?
– Саш, а ты…
– Маленькая моя, любимая, что же ты так переживаешь? – бережно усаживает меня на банкетку, а сам располагается на корточках передо мной.
– Не знаю, – прикусываю губу, пытаясь сдержать слёзы.
– Я же с тобой. С вами, – целует меня в живот. – Поехали, Оленька, нас ждут.
– Хорошо.
– Так… – в очередной раз Саша оглядывает масштаб катастрофы в виде собранных вещей. – Я сейчас быстро отнесу в машину часть вещей и вернусь. Собирайся.
Навьюченный Саша уходит, а я продолжаю сидеть, размышляя сама с собой.
Как же это волнительно! Вот мы сейчас выйдем за дверь вдвоём, а вернёмся втроём. И начнётся совсем другая жизнь. Полноценная. Ещё более счастливая. Ещё более насыщенная, яркая, красочная.
Наша совместная жизнь с Сашей итак полна любви, счастья, гармонии, радости. А в скором времени это всё преумножится.
– Ну что? Готова? – вырывает меня Саша из размышлений. – Тепло оделась? А то на улице – дубак.
– Тепло, конечно. Сам же мне шубу покупал.
– Отлично! Пойдём…
– Саш… надо ещё икону взять, которую нам отец Михаил подарил на венчание.
И Саша лишь улыбается и, ничего не говоря, идёт в спальню за иконой.
Какой же он терпеливый! Самый лучший! Самый любимый!
– Я, если честно, не понимаю, зачем мы ложимся за пять дней до родов!?
– Любимая, раз врач так сказал, значит – надо.
– Ну да, ну да…
– Всё, пойдём, – берёт оставшиеся сумки в одну руку, а вторую протягивает мне.
Встаю, опираясь на его руку и… чувствую, что по ногам что-то течёт…
– Саш, мне кажется, я рожаю, – не до конца осознавая, говорю.
– Чего? – испуганно замирает и вслед за мной переводит взгляд на пол, аккурат на лужу подо мной.
В отличие от меня, Саша быстро берёт себя в руки, не позволяя волнению и панике захватить ни его, ни меня. Действует чётко, спокойно, уверенно. Как и всегда. Созванивается с врачом. Параллельно помогает мне переодеться. К моему стыду, даже урологическую прокладку, простите, вставляет мне в трусы. Такую толстую и длинную, по совету врача купленную заранее, на всякий случай. Не думали мы, конечно, что случай такой представится, но…
И вот мы едем. А я только диву даюсь, как Саше удаётся и вести машину, спокойно, уверенно, да ещё и меня за руку держать и успокаивать.