Бегло просматриваю сообщения. Их очень много. И ещё больше сообщений о попытках того или иного абонента дозвониться до меня. Наталья. Марина. Денис. Глеб. Макс. Но чаще всех пытался дозвониться незнакомый номер.
Руки трясутся. В горле – ком. Сердце, того и гляди, выпрыгнет из груди.
Сообщения не читаю. Сразу же звоню Марине.
– Оля! – кричит она в трубку при первом же гудке.
– Привет!
– С тобой всё в порядке? Ты где? – взволнованным голосом спрашивает.
– Дома. Телефон разрядился практически сразу же, как только мы отъехали. Так что так… – виновато оправдываюсь я.
– Вот, блин! Мы так беспокоились…
– Простите…
– Хорошо, что всё хорошо…
– Марин, что с Сашей, – задаю мучающий меня вопрос.
– Оооой, – напряженно выдыхает. – Мы его таким впервые видим… Порывался за тобой ехать. Насилу удержали. Глеб с Максом от него не отходят.
– Дома она. Всё в порядке, – слышу, как Марина кому-то говорит, вероятно, про меня.
– Оль, между вами однозначно что-то произошло, – заявляет мне подруга. – Ты из-за этого и уехала. А Саша…
– Марин, пожалуйста! Мне и так плохо… – чуть не плачу в трубку.
– Расскажешь? – немного смягчает интонации.
– Не сейчас. Не смогу… – замолкаю. – Скажи мне про Сашу… – голос срывается, когда произношу имя любимого человека. И снова слёзы.
– Саша… – цокает и ненадолго затихает. – Когда ты уехала, мы пошли к дому, услышали душераздирающий крик. Макс с Глебом, не сговариваясь, сорвались бегом к дому. Когда мы подошли, увидели, что Саня стоит раздетый, в одной тоненькой футболочке, около своей машины. Глеб с Максом его удерживают и что-то говорят, очень эмоционально. Минут через двадцать завели Сашу в дом. Краем глаза увидела, что его трясет всего. Замёрз, конечно. Да и вообще, как не в себе он… Брр, жуткое зрелище.
– Мариш… – хочу сказать, но не получается, горло спазмом сводит.
– Все в шоке, – тяжело вздыхает. – Ребята проводили его в комнату, остались с ним. Потом Макс спустился, попросил сделать крепкий чай. Я сделала. Понесла наверх. В дверь постучала, Глеб открыл. Молча забрал из рук поднос, только головой покачал… Через какое-то время опять какой-то шум, крики. Но быстро всё стихло. Все по комнатам разошлись. Мы с Наташей сидели, пытались до тебя дозвониться, как-то связаться с тобой. Потом Глеб позвал. Зашла к Саше в комнату. Сидит в темноте, на полу. Да ещё и голосом таким, безжизненным, просит сказать тебе, что хочет поговорить. У меня аж сердце сжалось от этого всего. Так жалко его стало.
В трубке повисает тишина. Подруга замолкает. И я молчу, представляя себе всю эту картину…
– Марин… – всхлипываю. – Как он сейчас?
– Не знаю. Надеюсь, уснул. Кстати, я дала ему твой номер… Он так просил… – горестно вздыхает Маришка. – Представляешь, пришёл к нам в комнату, на ногах еле стоит, к стене прислонился и просит с такой мольбой в голосе: «Девчонки, Марин, Наташ, пожалуйста, дайте мне её номер телефона. Пожалуйста!» и смотрит то на меня, то на Наталью. Да так смотрит… Короче, я не смогла отказать ему.
– По-моему, я опять всё испортила, – с отчаянием реву в трубку.
– Так объясни, что всё-таки произошло! – требует Марина.
– Мне надо хоть немного успокоиться, – заикаюсь я. – Я сейчас просто не в состоянии проговаривать всё это…
– Ладно, – сдаётся Марина. – Что же с вами делать? Ой, оба такие дураки!
– Не спорю…
– Плакать заканчивай. Успокаивайся. Потом поговорим.
– Хорошо. Постараюсь.
– Давай спать ложись и ни о чём не думай! – наставляет меня Маришка.
– Спасибо тебе!
Прощаюсь с подругой и продолжаю сидеть в полной прострации.
Как же мне успокоиться? И ни о чём не думать?
Меня хватает на десять, от силы, пятнадцать минут. Снова звоню подруге.
– Алло? – удивлённо отвечает.
– Марин, может, мне вернуться назад?
– Когда?
– Сейчас.
– Ты совсем что ли? – возмущается подруга. – Ночь на дворе… По такой дороге только ночью и разъезжать!
– Марин, я с ума сойду…
– Оль, ну ты сама подумай! – пытается достучаться до моего здравомыслия. – Ночь. Погода – отвратительная. Дорога – опасная. Такси. Незнакомый водитель. Адекватный, неадекватный, кто знает? Ты – девушка… Одна в ночи… Включи ты мозги! – прикрикивает на меня.
– Мне надо к Саше, – стою на своём.
– Так зачем же ты уехала, глупая?! И почему не вернулась сразу же, как Наталья тебе об этом написала?! Когда ещё относительно недалеко была…
– Мне надо к нему!
– Не сейчас. Вам обоим надо для начала успокоиться. А то дров ещё больше наломаете, – продолжает убеждать меня. – Да и говорить лучше наедине, а не у всех на глазах.