В кабине лифта тесно. Он и сам по себе маленький, метр на метр. А сейчас здесь огромный Саша, я, и два здоровых пакета. Стоим с Сашей напротив друг друга. Моё дыхание сбитое, рваное. Взгляд прикован к Сашиной груди. Выше поднять не решаюсь. Боюсь. Своей неадекватной реакции.
Долго вожусь с ключами, сначала ищу в сумочке, потом пытаюсь вставить в замочную скважину, в итоге роняю. И здесь Саша приходит на помощь, открывая дверь и кивком головы приглашая меня проходить в мою же квартиру.
Смутно помню, что было дальше. Вернее сказать, вообще не помню, как мы разделись в прихожей, прошли на кухню. Как я убрала продукты в холодильник, приготовила чай. У меня нет никакой уверенности, что это вообще делала я. Потому что не в себе я была, от слова совсем. Да и как можно было быть адекватной и нормальной, если Саша – здесь. Нет. Не так.
С А Ш А – З Д Е С Ь!
Совсем рядом! В одной квартире со мной! За одним столом!
Мы – только вдвоём с ним! Он и я. Я и он.
Не спеша пьёт чай из моей чашки. Губами к ней прикасается…
– Мне пора… – смотрит на массивные часы на своей руке. – Спасибо большое за чай!
– На здоровье! Может… покушать хочешь? У меня, правда, ничего нет, но я быстро могу приготовить.
– Нет, спасибо! – поднимается он из-за стола. – Я не голоден.
Он же сейчас уйдёт… Нет… Нет… Не хочу… Не могу его отпустить…
– Саш, – решаюсь я, – Может тебе остаться здесь? Дорога – ужасная. Переживаю за тебя…
Чувствую, в момент становлюсь красная, как рак.
– Спасибо! – улыбаясь произносит. – Всё будет хорошо! Не переживай.
Идём в прихожую. Саша обувается.
– Саш, я очень рада, что ты вернулся.
– И я рад, если честно, – по-особенному произносит, с каким-то непонятным посылом.
Надевает куртку.
– Я очень скучала… – срывающимся голосом, а следом: – Не уходи!
Смотрит. Не моргая. Не дыша. Его взгляд проникает внутрь меня. В душу. В сердце. Во всё моё существо.
– Пожалуйста! – с мольбой смотрю на него.
– Я очень тебя люблю! – выпаливаю то, что рвётся наружу.
Не отрывая взгляда медленно качает головой. Ноздри раздуваются, кадык дёргается.
– Поцелуй меня, пожалуйста! – беру его за руки и прижимаюсь к нему всем телом.
Его заметно потряхивает. Закрывает глаза и сильнее качает головой.
– Поцелуй меня, – жалобно прошу.
А он стоит не шелохнётся. Только головой качает.
Тогда я, осмелев, как никогда в жизни, выпускаю из своих рук его руки, приподнимаюсь на носочках, и обняв его за шею прижимаюсь своими губами к его и начинаю целовать.
Глава 27.
Глава 27.
Саша стоит недвижимой скалой. Напряжённый. Мышцы настолько твёрдые, что ощущение будто камень трогаю.
Целую его медленно. Со всей нежностью на какую только способна ласкаю его губы своими. Детский поцелуй, невинный, без языка, только одни губы. Но не менее головокружительный и опьяняющий.
Чувствую, как бьётся его сердце… Неистово… На пределе… Да и моё тоже.
Секунды… минуты…
«Ответь мне, пожалуйста!» – молю его, конечно же, мысленно.
«Дай мне почувствовать, что и тебе это нужно!»
В какой-то момент он перестаёт крепко сжимать губы. Расцениваю это как приглашение к более активным действиям.
И вот детский поцелуй переходит в разряд взрослых.
Опыта у меня особо и нет. Все по-настоящему взрослые поцелуи были ведь только с Сашей.
А сейчас я целую его так, как и он целовал меня тогда… в прошлом…
Страстно, жадно, требовательно, дразняще и многообещающе.
Он долго не отвечает.
Такое ощущение, что у него идёт внутренняя борьба, когда мозг протестует, а душа, сердце, тело – не в состоянии сопротивляться.
Он и хочет меня оттолкнуть, прервать поцелуй, но не может. Физически не может.
Его ломает.
Секунды… минуты…
Не выдержав, с каким-то болезненным рыком, Саша срывается. И от его всепоглощающего, собственнического, умопомрачительного поцелуя, я со стремительной скоростью несусь в бескрайние морские дали. Где настоящий шторм с высоченными волнами, сильнейшим ветром и молниями. И нет ни единого шанса выбраться из этой стихии.
У меня кружится голова, и стойкое ощущение качания на волнах, когда тебя то резко подбрасывает вверх, до опускает на самое дно, затапливая водой. У тебя перехватывает дыхание, а сердце то замирает, то наоборот разгоняется до бешенных скоростей.
И это только поцелуи!..
Понимаю, что мне мало. Катастрофически мало. Тело просит, даже требует, большего. Что уж говорить про Сашу…
Вдруг приходит осознание, что у нас сейчас ВСЁ произойдёт. И никакие силы нас не остановят. Потому что желание настолько велико, что будь сейчас землетрясение, наводнение, пожар, или ещё что-то, мы просто не сможем оторваться друг от друга. И если нам сейчас суждено будет погибнуть, то только вместе, неразлучно, в жесткой сцепке.