– Да, – не решаюсь ёрничать или шутить. – А тебе со мной?
Стоп! Вот о чём я думаю!? Может он не про «физику»? А я, как озабоченная… Стыдоба!
Мы как раз стоим на светофоре, и Саша всматривается в моё лицо проницательным взглядом.
– Мне с тобой… – но договорить не успевает, потому что у него звонит телефон.
– Алло.
– Доброе.
– Нет.
– Да.
– Нет.
– Скоро буду.
– До встречи.
Мы как раз подъезжаем к нотариальной конторе, когда Саша заканчивает разговор.
– Спасибо большое тебе! Хорошего дня! – сбегаю из машины.
Потому что боюсь, что он сейчас что-нибудь скажет… От чего я умру прямо на этом месте.
– Оль, подожди, – выходит из машины следом за мной и догоняет в несколько шагов.
Притягивает к себе, заставляет посмотреть на него и произносит:
– Мне с тобой… ох_ительно!
Распахиваю глаза и в изумлении приоткрываю рот.
– И тебе хорошего дня! – быстро целует в губы, садится в машину и уезжает.
Ошарашенная его признанием, с сияющими глазами и улыбкой от уха до уха захожу на работу.
И как мне теперь работать?! Как собраться с мыслями?! Как начать думать?! И не о Саше! А о работе!
Полагаю, работник сегодня из меня будет никудышный.
А через полчаса – у нас доставка. Полноценный завтрак, когда много, разнообразно и, самое главное, вкусно. Ну и… обед. Чтоб наверняка и сразу. И по количеству – не факт, что съедим за два дня.
– Только ни о чём не спрашивайте! – сразу же пресекаю назревающие вопросы. – Просто наслаждаемся! Приятного аппетита!
И мы действительно наслаждаемся целый день!
И будем наслаждаться ещё и завтра!
«Спасибо, Саша! От меня лично и от всего моего коллектива! Очень вкусно!».
Прочитано.
Но он ничего не отвечает.
Не звонит и не пишет.
А мне бы так хотелось…
Глава 32.
Глава 32.
Еле-еле дорабатываю до конца дня. Во-первых, мне безумно хочется спать. Приходится даже контролировать себя, чтобы не зевать при клиентах. Во-вторых, мне совсем не до работы. Мысленно я далеко… в своей спальне… прошлой ночью. От накатывающих воспоминаний периодически покрываюсь румянцем и сижу с пылающими щеками. А ещё очень хочется спрятать глаза, потому что они бесстыже ярко и счастливо сияют, сдавая меня с потрохами коллегам. Хорошо, что они героически молчат, только многозначительно улыбаются, глядя на меня.
С работы выхожу воодушевленная, в предвкушении… встречи с Сашей. Мне кажется, что он обязательно встретит меня с работы. Ну не может такая сказочная ночь не иметь продолжения. Быть такого не может.
Но, оказывается, ещё как может.
По мере того, как я удаляюсь от места работы и приближаюсь к месту жительства, мои глупые девчачьи ожидания разбиваются о суровую действительность.
Не написал ни словечка… Не позвонил ни на секундочку… Не встретил…
Было и было.
Это я придаю слишком большое значение нашей близости. Это для меня – особенно и важно. Незабываемо.
А для Саши – проходной вариант…
Домой прихожу расстроенная донельзя, и, переступив порог квартиры, даю волю слезам, погружаясь в рыдания.
Как же всё-таки больно падать с небес на землю…
В сотый, даже тысячный, раз прокручиваю наши разговоры, встречи, моменты близости. И в миллионный раз корю себя за то, что смею на что-то надеяться.
Дура! Романтичная дура! Влюблённая романтичная дура!
Саша чётко обозначил свою позицию, и я её приняла.
Единственное, небольшое отступление… продолжение всё же было! Да ещё какое!
Но опять же! Это Я, и только Я, вижу то, чего нет. И бесконечно додумываю, придумываю, выдумываю, надумываю. Живу в каком-то своём мире, иллюзорно сказочном, не имеющим ничего общего с реальностью.
А реальность – такова: для Саши наша близость – просто секс. Причём, ещё и с неопытной мной, которая и не знает толком, с какой стороны подойти к парню и как доставить ему удовольствие. Это же Саша «рулил» всем процессом, а мне лишь оставалось «следовать» за ним.
И это только для меня – всё, что между нами было, – ВАУ!
А для него – опытного, искушенного, неутомимого, ненасытного, – так… забыть и не вспоминать.
Всё понимаю! Но почему же мне так плохо? Как будто «вынули душу»?
Я нахожусь в таком состоянии, что готова сделать очередную глупость. Хочу позвонить ему, но… трушу.
Тогда пишу сообщение. Бредовое, по своей сути. Упрекаю его, предъявляю претензии, выплескиваю в слова всю горечь, боль, обиду, обвиняю во всех смертных грехах. В конце пишу, что не хочу больше ни знать его, ни видеть. Никогда.