– И не только чай! Поесть надо обязательно. Силы восполнить, – прожигает многозначительным взглядом, от которого сразу вспыхиваю.
На кухне Саша усаживает меня за стол. Сам же начинает доставать готовую еду, необходимую посуду и столовые приборы, попутно включает чайник.
Все мои попытки помочь – отвергает.
И мне ничего не остаётся как просто сидеть и смотреть на него. Любоваться им. Созерцать, как его мощное тело органически смотрится на кухне и занимается, по сути, женским делом. Как он спокойно, без всякой суеты раскладывает еду по тарелкам. Как мастерски нарезает предварительно помытые овощи и фрукты. Как уверенно открывает бутылку с вином и разливает по бокалам. Как заваривает чай.
– Мясо? Рыба? – спрашивает, вопросительно кивая на блюда на столе.
– Я лучше какой-нибудь салатик…
– Значит, и мясо и рыба…
– Саш, – хочу было возразить, но не успеваю, переключая своё внимание на звонящий телефон.
Иду в прихожую, потому что даже не удосужилась достать телефон из сумки. И обмираю. Начало двенадцатого. Куча пропущенных вызовов от родителей. Сразу же перезваниваю маме.
– Мам…
– Оля, ты где? С тобой всё в порядке? – обрушивается на меня неиссякаемый поток вопросов.
– Мам, со мной всё хорошо. Я – в полном порядке. Забыла сообщить, что в гости пригласили… Извини меня, пожалуйста!
– Какие гости? К кому?
– К коллеге по работе. Спонтанно вышло. Потом всё объясню.
– А когда домой? И как добираться собираешься? Время видела?
– Уже скоро.
Замечаю, что в прихожей находится Саша. Смотрит на меня, привалившись к стене.
– Может папа встретит?
– Нет, мам, не надо. Сама доберусь. На такси. Не переживай!
– Ладно, доченька. Буду тебя ждать.
– Не надо, мам. Не жди. Ложись. Не переживай за меня.
– Уснёшь… как же…
– Скоро приеду. Пока.
– Пока. Береги себя!
Как я могла забыть предупредить родителей, что задерживаюсь?! Знаю же, что волнуются… Сокрушённо качаю головой.
– Я не хочу, чтобы ты уходила, – произносит тихим голосом Саша, глядя на меня исподлобья.
– Но… я так не могу, – сглатываю я. – Мне домой надо. Что я родителям скажу?
– Я хочу, чтобы ты осталась со мной. На всю ночь.
– Саш, я…
– Пожалуйста! Останься… – подходит вплотную ко мне, окутывая своей аурой.
Господи! Что же мне делать?
Мне так хочется остаться. С ним. В его доме. Заснуть и проснуться вместе.
Сколько же я об этом мечтала!
Тем более, он сам просит меня остаться. И как он смотрит при этом. Как это произносит. У меня сердце работает с перебоями от такого Саши.
Но это всё так неправильно… Да и что мне родителям сказать? Как объяснить?
– Пожалуйста… Останься… – обнимает меня, заставляя утонуть в своих глазах.
Я чувствую, как гулко бьётся его сердце. Какой он становится напряжённый. А глаза… В них так много всего намешано…
И отказать его глазам я не могу.
– Мам, – не разрывая объятий снова звоню маме. – Мы тут подумали… я, пожалуй, останусь… Завтра приеду.
– А это удобно? Не стеснишь там никого?
– Нет, мам. Всё хорошо. Не беспокойся. Спокойной ночи! Целую.
– Спокойной ночи, доченька! Смотри там…
Сбрасываю вызов, гоняя туда-сюда беспокойные мысли: «Правильно ли я поступила?», «Не пожалею ли я?».
– Спасибо! – выдыхает мне на ухо и ещё крепче сжимает в своих объятиях.
Поесть нам удаётся только в начале следующего дня. Я бы, конечно, воздержалась от столь позднего, даже ночного, принятия пищи, но Саша не позволяет. Буквально заставляет есть, кормя меня, как маленькую, сидящую у него на коленях, из своих рук, своей вилкой и из своей тарелки. И это так приятно, так мило. Романтично что ли.
А я думаю о том, что не стал бы он так делать, если бы я была ему безразлична. Это ведь не просто забота о ближнем, это нечто большее.
Спать ложимся практически на рассвете. Ну как ложимся… Скорее уж обессиленные, но счастливые, просто отключаемся, проваливаясь в сон. Не в состоянии даже сходить в душ или элементарно одеться.
Мне очень хорошо в крепких объятиях Саши. Спокойно, надёжно, тепло и уютно.
И я знаю, точнее чувствую, что и ему хорошо. Потому что он полностью расслаблен. А это бывает крайне редко.
Единственное, что омрачает моё хрупкое состояние счастья, это то, что Саша так и не позволяет прикасаться к его телу, там, где шрамы. Казалось бы, даже находясь в состоянии… ну, когда ему очень-очень хорошо, Саша всё равно чётко контролирует все мои действия и пресекает любые, даже мало-мальские, попытки понежничать с его израненным телом. А меня прямо распирает... Но ничего… Рано или поздно… Но неизбежно.