– Игорь Андреевич, если хотите – то пожалуйста. Но я особо уже ни во что не верю.
– Брось это!
– Вот я и бросаю…
– Давай вот как поступим… – игнорирует мои последние слова. – Завтра как раз его смена. С утра приноси все медицинские документы. Пообщаемся.
– Хорошо, принесу, – пожимаю плечами. – Спасибо!
– А сейчас – мой тебе совет: иди домой и отдохни. Разгрузи ты хоть позвоночник. Ну нельзя тебе постоянно сидеть, стоять и ходить.
– Всё я понимаю. Но не могу я оставить Олю одну.
– Ты ей сейчас ничем не поможешь. Ты видишь, какая у нее реакция на тебя? У неё стресс. Последствия шока. Травмы. Ей окрепнуть нужно, в себя прийти. Она только успокоиться, пара часов, и всё заново. Вы же так доканаете друг друга!
Конечно, врач – прав. Я это понимаю. Да и мне не мешало бы переодеться, душ принять, лекарства свои заглотить, и полежать, хоть недолго. Может, и правда, получше станет. Да и телефон давно разрядился, а зарядки подходящей, как назло, ни у кого в отделении не нашлось.
– Я сегодня как раз дежурный, так что, за девочку свою не переживай! – между тем продолжает Игорь Андреевич.
– Спасибо! Наверное, Вы правы… – побеждает-таки здравый смысл. – Только я должен с ней попрощаться.
– Иди давай…
С трудом поднимаюсь и еле иду, скорее даже ковыляю, к Оле.
Заглядываю в палату. Она спит.
– Люблю тебя, родная! – беззвучно шевелю губами. – Прости меня, маленькая моя! Я только немного отдохну и завтра с утра приеду к тебе!
Долго смотрю на неё. А потом всё же заставляю себя закрыть дверь её палаты, и покинуть отделение, а затем и больницу.
Глава 42.
Глава 42.
Саша.
Захожу домой и обессиленно опускаюсь на пол, привалившись к входной двери.
Савельич чуть ли не бегом спешит ко мне.
– Что? Что случилось? Почему у тебя телефон отключен?
А я просто смотрю на него, не в состоянии даже слово вымолвить.
– Где ты был? Где Оля? Вы с ней виделись? Саша! Скажи хоть что-нибудь!
– Оля… в больнице она.
– Что? – хватается за сердце Савельич и опускается на банкетку. – Объясни, что случилось!
– Под машину попала…
– Как так?
– Ну вот так, – развожу раками. – Не уберёг её.
– Что с Оленькой? Что-то серьёзное? – бледнеет на глазах.
– Шок. Сотрясение головного мозга. Ушибы, гематомы. Серьёзное это или нет... – остервенело растираю лицо руками.
– Боже мой! – начинает причитать Савельич. – Это всё из-за меня.
– Ты-то тут при чём? – недоумеваю я.
– Саш… я ведь ей всё-всё рассказал…
– Что всё-всё? – темнеет у меня перед глазами.
Повисает напряженное молчание, за период которого перед глазами проносится вся моя жизнь. Савельич тянет, с мыслями собирается, а потом выдаёт:
– Про аварию. Про то, что травмы у тебя. Про то, что лечение и операция предстоит, а ты сдался. Про то, что любишь ты её…
Бл_дь! Бл_дь! Бл_дь!
– Зачем? – замогильным голосом спрашиваю.
– Она же тебя тоже любит! – срывается его голос.
– Савельич…
Я так много хочу ему сказать… Мне хочется рвать и метать… Но я понимаю, что всё бессмысленно. Уже всё сказано и сделано. И назад не отмотать.
– Оля приехала вечером, – продолжает рассказывать Савельич. – Чтобы вернуть тебе подарок… Я как увидел этот подарок сразу всё понял. Одуванчик… – грустно улыбается.
– Одуванчик, – медленно повторяю за ним.
– Я рассказывал. Она слушала. Переживала. Плакала. А когда Оля узнала дату аварии, у неё началась истерика. Пришлось даже капли сердечные капать. Скорую хотел вызывать. До тебя никак дозвониться не мог. А потом она ушла, несмотря на мои попытки её удержать.
– Савельич…
Теперь всё понятно. Себя виноватой считает. И вот такая у неё реакция.
– Бл_дь! – не сдержавшись выдаю ругательство, а потом начинаю медленно подниматься.
Мне надо побыть одному. Не хочу никого видеть и слышать.
– Савельич, ты ни в чём не виноват! – смотрю в его глаза. – Только я!
Иду в свою комнату, не обращая внимание на Савельича, который идёт рядом со мной и что-то говорит. Я больше ничего не слышу, не вижу, не воспринимаю.
Вхожу в комнату, закрываю дверь и прямиком направляюсь в ванную. Не раздеваясь, прямо в одежде, захожу в душевую кабину, подставляя себя под струи воды. Вода же должна всё смыть!
После душа, глотаю таблетки: обезболивающие и снотворные.
Сразу же валюсь на кровать и закрываю глаза. Мне надо хоть немного поспать. Может тогда я придумаю, что мне делать. А спустя минуту я уже отключаюсь.
***
Пробуждение не из приятных. Нет, так-то я выспался, отдохнул. Голова – ясная. Теперь мне более-менее понятно, что говорить Оле…