…
И черт меня дергает заглянуть к ней в бардачок в поисках сигарет.
Их нет, Лиса же не курит, зато клочок бумаги с номером телефона Смирнова теперь мозолит глаза, и не дает покоя.
…
А дальше вообще начинается чертова свистопляска.
Лиса напивается и идет вразнос, Игнат как обычно не пьет, и спокоен, и собран, хоть и расслаблен, и все контролирует.
Он, блядь, ухитрялся ее мониторить, даже будучи здесь, тогда как мы с ней отсиживали наказание в Европе.
Тысячи километров между ними, а он мне звонит и сообщает, что Лису нужно как можно быстрее забрать из такого-то бара. И адрес.
И я подрываюсь, естественно. Ругая себя, что блядь, какого хуя я сам, будучи рядом, прошляпил и за ней не досмотрел?
Но он…нутром будто чует, когда она вляпалась, и ей нужна его помощь. А потому…
А потому я в очередной раз думаю, что если не он рядом с ней, то кто тогда?
А еще думаю, что я нихрена так бережно с девушками никогда не обращался. Не считая одной.
Всегда их только использовал…Хотя, если взглянуть с другой стороны, всегда давал им то, что они хотели.
Нормальный обмен.
И все же…Все же…
Но эти мысли крутятся в голове недолго.
- О, и вина еще, пожалуйста, - восклицает Лиса, после того, как Олег поспешно наполняет ее тарелку едой.
- Алис, с вином притормози, - включаю старшего брата. - И давай уже, колись, за каким хером вы поперлись в Красково.
Прокручиваю в руках зажигалку.
Раскрасневшуюся после бани Самойлову, одетую во все обтягивающее, стараюсь максимально игнорить.
Еле терплю, пока девчонка вновь кокетничает с Пашкой.
- Лиса, - вместо этого снова дергаю Лису.
- Лучше расскажи, где ваши подружки, - невинно хлопая глазами, выдает она.
И выразительно смотрит на Самойлову. Та, естественно, едко скалится в ответ.
Хочется порвать девчонок, к чертям.
Лисе ремня, а этой…Эту, само собой, отодрать. Но только жестко, намотав ее мокрые пакли на кулак.
- Какие еще подружки, - цежу. - И…не уходи уже от ответа.
Но Лиса, конечно, уходит.
- Олег, у тебя классная дача, - снова включает обаяние, которого у нее хоть отбавляй. – Не знаю, и почему я сразу не согласилась поехать, когда Гор предложил.
- Ддд, дааа…Ну…я всегда рад…И ты…Алиса, ты…
- Что?
- Можешь приезжать, когда хочешь. И...Выглядишь отпад.
Что и сказать, кроме того, что у Шахова нервы просто-таки железные. И бровью не ведет.
А мне кажется, я уже взорвусь. И пиво, что снова пытаюсь вливать в себя, застревает, и никак не лезет в глотку.
- Лиса, не уходи от ответа и прекращай балаган, - рычу на нее.
- Сам не уходи и прекращай, - отбивает. – И вообще, что за допрос ты устроил? Мы с Милой устали и проголодались. Теперь вот сидим, общаемся с ребятами. Правда, Олег?
- Ну…да. Алис, может, еще вина?
- Не откажусь. И, кстати…почему музыку выключили? Когда мы пришли, она играла.
…
- Кстати, Олег, как ты относишься к сладкому?
Снова неугомонная Горская.
И скидывает, засранка толстовку. А там...Ну, все как положено, и даже круче. Будь моя воля, я запретил бы сестренке носить топы.
Тарасов, естественно, такого же мнения.
- Ну…Это…нормально.
Взгляды на меня и на Шахова.
У того слегка дергается щека. А я, блядь, от всего этого чуть пивом не давлюсь.
- Тогда подписывайся на меня в соцсетях. Ты ведь знаешь, что я веду свой кондитерский блог?
Бляяядь, ну Лиса.
Достаю сигареты и закуриваю.
- Не выношу сигаретного дыма, - тут же восклицает Самойлова, а я кидаю взгляд теперь на нее.
Вспомнила, наконец, что вы с Ледневым тут не одни?
Но заебался уже. Посрать на все.
Поднимаюсь из-за стола, и отхожу подальше.
Выбрала его? Хочет спать с ним? Да мне, как-то, знаете ли, похуй.
И хрен я повернусь проверять, смотрит, или же нет. Я просто забью на все.
...
Ага.
Как же.
Самойлова, это какой-то ядовитый магнит, что все притягивает, и притягивает…
Я понимаю, что еще чуть-чуть и на ухоженном Тарасовском газоне состоится-таки жесткий мордобой.
А потому переключаюсь на уже полностью захмелевшую сестру. Заодно и Шахова приторможу. А то по лицу видно, готов уже сожрать мою сестренку целиком.
И да, типа, я смирился, но не при мне же...
В общем, без лишних церемоний подхожу, хватаю Лису за плечо, и тащу ее в дом, чтобы устроить так скажем, допрос с пристрастием.
Поддерживаю на ступеньках, чтобы не въехала носом в пол, но дальше я буду жесток и неумолим. Вить из меня веревки, как она крайне любит, в этот раз у нее не прокатит.
Затаскиваю в первую попавшуюся комнату, сажаю на тумбу в углу, и врубаю светильник.