И внутри снова разрастается этот гребаный вихрь противоречий.
Хочу ее и одновременно с этим ненавижу.
За то желание, что девчонка вызывает во мне.
Хочу избавиться от этой зависимости, но, мать его, ничего не могу с собой поделать.
Когда отпускаю, девчонка убегает в душ, а я натужно и шумно выдыхаю.
Потому что мне, мать вашу, тоже требуется.
Отрезвляющий и ледяной.
Душ.
И причем срочно.
Да, Горский, ты, определенно, поехал крышей.
Приплыли.
Занавес.
Глава 3
(К гл 8 из Будешь моя, Принцесса)
Вечер/утро в квартире у Алисы
Продираю глаза, и снова передо мной она…
Вашу мать…Эта гребаная, нихуя мне не сдавшаяся пигалица
Игорь Горский
Игорь
Типа я, как и все в этом плане, до зубовного скрежета ненавижу, вот просто ненавижу утро.
А уж когда понимаешь, что накануне нехило так перебрал, то вообще…
Пиздец полный и безоговорочный.
Во рту сушняк, в башке полный кавардак.
И вот зачем я только заявил, что останусь ночевать у Лисы?
Из-за сисек этой гребаной Самойловой?
Да я, блядь, сам себе уже устал повторять, что и какое у нее там все не в моем вкусе.
Но нет. Надо было остаться и весь вечер троллить ее.
И прожигать.
И представлять какими способами и по сколько раз...
Пиздец.
Ну, да, Лиса уже видела десятый сон, а я все никак не мог угомониться, и стояк, как назло, не пропадал.
Да и с чего бы.
Если до ломоты в костях хотелось зажать эту нахрен далеко не милую Милу в углу и отодрать уже.
И выпив очередную порцию вискаря я отчего-то решил, что мне зеленый свет.
Ну, типа, раз не уходит, не ложится спать, а продолжает толочься здесь, у бара…
Отлепил зад от стула и отправился, типа, в наступление.
Подловил девчонку между столом и холодильником, легонько подтолкнул к окну.
- Отвали, Горский.
- Да ладно.
И тесно, до остановки дыхания прижал ее к стене. Ладони расположил так, чтобы не вырвалась, а сам потянулся губами к ее тонкой шее.
Кожа, пиздец, какая сладкая на вкус. Нахально провел языком, оставляя влажный скользкий след.
- Опять напился, - пробормотала.
- Да, ну и че? Рабочие органы в порядке.
И типа вжался сильнее, продемонстрировал.
- Пока что никто еще не жаловался. Даже наоборот.
- Наоборот, это как?
- Просили еще. А то бы тебе не знать. Сама же чуть ли не первая стояла в очереди попробовать.
- Ах-ха. Главный рабочий орган, это вообще-то голова, Горский, а у тебя с этим явные проблемы.
- Я не пойму, чего ты ломаешься? - прошептал, и прикусил за мочку.
Маленькую, с аккуратным гвоздиком-серьгой.
- Не целка ведь уже давно. Перед Пашкой вот собиралась ноги раздвигать…
А дальше мне по роже прилетела звонкая пощечина.
Несмотря на субтильность удар у малышки оказался неплохо поставленным.
Но и тогда я от нее не отстал. Придурок.
….
В общем…
Бляяядь…
Что я нес тогда?
Сам уже точно нихрена не помню.
Но не напирал силой, конечно, не в квартире Лисы мне этим заниматься.
Да и вообще…
Но вывести из себя и полапать ее мне, пиздец, как тогда хотелось.
И вот я нес всю эту охинею, и снова зажимал, и снова пил, пока, в общем-то, окончательно не отрубился на диване.
Не, вроде бы еще завернул перед этим в душ.
До или после того, как просил ее хотя бы мне подрочить?
Или не произносил это вслух...
Уже и не вспомнить. Но в мыслях верняк, что не просто просил, но и умолял…
Я ж говорю, что конкретно перебрал.
А дальше уже точно в отруб….
…
Верчу головой по сторонам, с трудом, чего уж, пока, наконец, не фиксируюсь на своей одежде.
Поднимаюсь, и первым делом натягиваю боксеры и штаны.
Сойдет и так. Остальное не срочно.
Топаю в кухню за водой.
А там замираю, потому что все в сборе. Картина маслом.
И эта, конечно, никуда не исчезла. Хотя это было бы неплохо.
И взгляд прожигающий, насмешливый.
Ага, я, блядь, ей чуть ли не в чувствах признавался, а ей все смешно.
…
- Доброе утро, - тянет зараза и этим лишь сильнее меня раздражает. – Как спалось? Надеюсь, голова не болит, нет?
Подхожу близко, вплотную и произношу тихо. Так, чтобы слышно было только ей одной.
- Зря смеешься. Если бы действительно захотел, я бы тебя отодрал, можешь не сомневаться.
Улыбка сходит с точеного лица, а я прохожу мимо, задев плечом, и более на Самойлову не смотрю.
…
Общаюсь с сестрой и Шаховым, и даже вниз мы спускаемся по отдельности. Я с Лисой на лифте, а они с Игнатом по лестнице.
Первое, что делаю, когда вываливаемся на воздух, достаю сигареты и закуриваю.