— Если честно, с удовольствием сделаю это в следующий раз. И не только руку. Так что заканчивай мне тыкать, я старше тебя. — профессор, наконец, прекращает измываться над моим братом и отпускает его, а тот встает на ноги, потирая и разминая свою руку, и бросив взгляд на своего мучителя. Того совершенно не трогает этот взгляд. — Теперь займись тем, что я тебе сказал сделать. Вечером увидимся.
Развернувшись, он покидает комнату, закрыв дверь.
Брат тихо выдыхает, хрустнув суставом. Затем прикрывает глаза.
— Пиздец. — произносит он от души. — Ты где его откопала?
19.1
— Почему ты такой дурак? Скажи мне это лучше. — интересуюсь я, садясь с усилием на кушетке. Хочется, если честно, упасть обратно и начать видеть сны. Но лучше это делать дома, в постельке. — Прекрати доставать людей, которых плохо знаешь. Тебе же хуже будет. И вызови мне такси, на автобусе домой я не доеду.
Затем подхожу к столику, на котором профессор оставил телефон, и, разблокировав экран, смотрю на сообщение, которое он отправлял брату. Мда… я б даже не заподозрила, что это не я написала.
— Ага. — отвечает брат, достав свой телефон и уткнувшись в него. — Я-то никого не достаю. Это меня первого чуть не задушили с какого-то хрена, а потом чуть руку не вывихнули. Он давно у психиатра был? По дороге все выложишь мне про своего нового парня. Я еще подумаю, можно ли тебя с ним рядом оставлять.
— Нет. — фыркаю я. — Даже не мечтай.
Хоть я и стараюсь замять эту неудобную тему, брат отстает от меня только ненадолго, до тех пор, пока мы не садимся в такси. Он нагло запихивается на заднее сиденье рядом со мной, невзирая на мое возмущенное лицо. Вообще-то, я хотел от души развалиться и поспать, пока мы едем.
— Сколько ему лет? — интересуется он мрачно, как только мы трогаемся с места. Мне хочется закатить глаза. Начинаются расспросы.
— Двадцать семь.
— Ты охренела? — брат в этот момент поворачивается ко мне. Его лицо выглядит настолько возмущенным, словно я у него последнюю пачку чипсов украла. — Он дофига старше тебя. На дедов потянуло?
Нифига себе. Я приподнимаю брови.
— А то, что ты мне пытаешься сосватать Сашу, который на десять лет старше — это ничего?
— Санька я знаю, его — нет. Чем он занимается? Сегодня рабочий день, он вообще работает или мамкин мажор? Эй. — брат, заметив, что я отвернулась и прислонилась к окну лбом, пихает меня в бок. — Я тебя спрашиваю, коза.
— Отстань. Сам спроси при встрече.
— Свинота мелкая. До вечера очухаешься? Мать с теть Ларой там на какой-то дачный домик на съем скидываются, посидеть чтобы с шашлыками. Как в старые добрые. Тащи заодно туда своего мужика, отец на него посмотрит и скажет веское слово.
Я таращу глаза, потеряв на секунду всю сонливость, стоит мне представить профессора, пытающегося вписаться в эту томную вечернюю посиделку. Я просто сразу же вспоминаю квартирку его родителей с террасой, интеллигентную маму, тихий ужин с морепродуктами… а тут дача с комарами, майонезные салатики, которые мама с любовью нарубит, шашлык, батя, травящий разные истории и анекдоты американскому мужу тети Лары и Саньку… Да уж.
А еще у меня плохие воспоминания от слова «шашлыки».
— По-моему, еще рановато для такого знакомства. — подвожу вердикт я, а брат фыркает.
— Ссышь?
Нет, но…
Ну, ладно, да.
Это и впрямь немного напрягает, когда ты из другого слоя общества, чем твой партнер. Я начинаю осознавать, что прогулки в минус тридцать по парку с парнями — это не такое уж и зло. По крайней мере, они бы вполне легко вписались в такую компанию, дойди у нас все до серьезных отношений.
Оставшуюся дорогу я игнорирую попытки брата что-то разузнать у меня.
Он провожает меня до самой квартиры и заходит внутрь, присвистнув.
— Неплохо ты устроилась. Надо матери стукануть, что ты взрослого парня себе завела, чтобы тебя отсюда выселили и заселили меня.
— Ты офигел? — вырывается у меня. Что за скотины меня окружают?
— Да шучу. Или нет. — произносит брательник, мимоходом потрепав по голове кошку, которая трется об его ноги. — Ладно, иди, ложись, я прослежу, чтобы тебе плохо не стало. Кофе пока бахну.
Ох ты, господи. Я уныло провожаю взглядом, как он, сбрасывая кроссовки, топает прямиком на кухню. Мне так понравилось жить в одиночестве и ходить после ванны в одних трусах. Наверное, я никогда теперь не выйду замуж. На секунду я хмурюсь от этой мысли. Какого черта я представила в качестве мужа ненормального? И его лицо с приподнятой иронично бровью, когда я выхожу в удобном хлопковом белье из душа и с полотенцем на голове. Почему-то мне кажется, что он такого себе не позволяет и явно не в таком виде мечтает видеть свою девушку.