— Простите, ваша светлость, но это не всё. Так же я хотел бы таким же образом зачаровать и часть клинков из арсенала, в основном самые простые, дабы был запас на случай ополчения. Опять же, если вы позволите. Однако эта сторона вопроса не столь безотлагательна, как прочие.
— Разумеется, Зенириг. Что-то ещё?
— Да. Помимо этого нам нужно отправить свиток с инструкциями в столицу, чтобы там могли обезопасить себя. Совершенно ясно, что простого посыльного будет не достаточно, Могильщики обратят его в пепел, едва он покинет стены города. Поэтому я просил бы вашего разрешения отправить обоз, в охранении которого пустить Бистрегза, Минадаса… и двух наших капитанов.
— Погоди, капитанов, и твоего ученика?
— Лучшего, ваша светлость.
— Так, тогда тем более! Подожди, подожди… Зачем наёмник мне, допустим, ясно — с ним не каждый Могильщик даже без клинка-то совладает. А зная его привычки, он либо уже разжился этим клинком, либо добудет его к вечеру, — маг согласно кивнул, да и я едва сдержался, прекрасно помня, куда убежал тот патлач. — А не кажется ли тебе, что от Минадаса будет больше пользы здесь? Например, если он поможет тебе в зачарвании тех же мечей стражи. Уж не хочешь ли ты отослать его от…
— Ни в коей мере, ваша светлость. Нам требуется наладить тонкую связь с Советом Магов и поделиться с ними рядом сведений, что потребуются для защиты Столицы от Могильщиков, а Минадас в силах поддерживать со мной идеальную мысленную связь не взирая на разделяющие нас расстояния. Он ведь, как вы верно помните, мой сын.
— Забудешь… — начал было герцог, но быстро осёкся. — Кхм! Ладно, а что на счёт капитанов?
— Боюсь, сил одного лишь Бистрегза будет недостаточно. Тем более, если учесть всю важность этого обоза.
— Эх… боязно мне отпускать их из города, Зенириг. Может, одного из них отправим?
— Понимаю Ваши опасения. Однако вдвоём они сильнее, сражаясь каждый и за свою жизнь, и за жизнь второго. Мы не можем рисковать теми данными, что требуется передать Совету и столичным кузнецам, ваша светлость. К тому же, велика вероятность, что первый удар Могильщики нанесут не в нашем захолустье, столице южных земель, а нападут непосредственно на столицу Империи. Не даром ведь древний Инидиал, десятая жемчужина, был в тех же землях, где теперь расположилась столица. К тому же, если эти сведенья не доберутся до Столицы, то она неминуемо падёт. А следом Могильщики без труда захватят всю Империю, и будь у нас хоть сотня, хоть десятки тысяч зачарованных клинков в стенах замка, а проку от этого не будет!! Все Великие Клинки не в силах будут нам помочь!
Зенериг так распалился, что начал громко пыхтеть и откровенно побагровел. Сразу видно — за живое старика ситуация задела. Оно и понятно, в сущности.
А чего герцог-то артачится, я не пойму никак? Даже я согласен пойти, чего уж…
— Тут ты прав, конечно, — закивал герцог словно бы мне в пику. — Ладно, да будет так. К ночи — отправляйтесь, нечего тянуть.
От входа в зал послышалось робкое покашливание и раздался голос Дарена, который несмело попросил:
— Простите, Ваша Светлость, а не могли бы вы и меня вместе с господами капитанами направить, если позволите? У меня мать с сестрой в столице, я уж пять зим, как здесь, так её не видал…
Ко мне молниеносно наклонился Борода и зашептал на ухо:
— Учись, Игоряш. Ничего, вроде, не сказал. Но КАК он этого НЕ сделал! Мастер!
— А чего мне-то…
Закончить свою мысль я не успел, мой шёпот перекрыло раздосадованное восклицание герцога:
— Да езжайте вы хоть всем гарнизоном! — отмахнулся он, злобно оттопырив бородёнку и грохнув рукой по столу.
С трудом сдерживая смех, все собравшиеся поспешили покинуть залу, раскланиваясь, и пытаясь скрыть этими поклонами улыбки на лицах.
***
Эту часть пещер Магистр не любил. Вросший в землю древний замок, руины Первой Крепости. Слишком много солнечного света, пробивающегося через проломы в обветшалой крыше. Слишком много Силы, что пронизывала эти мрачнее подземелья, ощущалось в Этой его части. Даже мебели здесь было Слишком много. Всего — слишком, даже чрез чур. Тем не менее, определённые вещи было необходимо делать именно здесь. Например, инструктаж.
Магистр сидел во главе длинного, источенного короедами и влажным гниением, стола. Вдоль него расположилось множество разномастных стульев, как новых, так и истерзанных неумолимостью времён. И на некоторых из них восседали гости, явившиеся на зов главы ордена.
— Вам всё ясно? — мрачно уточнил он, притягивая край капюшона к лицу.