– Простите меня, если я Вас чем-то обидел. Я всего лишь делаю то, что мне велят настройки. Спокойной Вам ночи.
Ещё с несколько секунд молодой будильник в надежде продолжал глядеть на механического соседа. Именно сейчас, решившись на столь смелый и откровенно благородный ход к примирению, юнец как никогда хотел, чтобы всё было как в первые минуты его прибытия сюда. Когда он восторженно смотрел на многолетнего опытнейшего некоего «учителя времени». Когда подсознательно по его проводкам метались мысли о первой в его жизни дружбе и первым будущим урокам. Даже сейчас он смотрел на молчаливого часового гиганта с уважением, не переставая ни на мгновение надеяться, что тот ответит ему той же «спокойной ночью»… Однако учитель молчал.
* * *
Без четверти семь и серая мрачная атмосфера встречала сегодняшнюю среду. Прямо пропорциональное настроение заоконной погоде сейчас было и в душе у механического будильника. Холод и сырость внутри основательно не давали сосредоточиться на рассуждениях. И открыто смотря на всё ещё спящие молодые электронные часы, будильник уже напрочь отказывался верить в грядущее. Как его минутная длинная стрела ни старалась, но за одну ночь догнать электронного соседа ему так и не удалось. Молодое дарование уверенно опережало ветхого времяисчеслителя на одну минуту.
Пытаясь отвлечь себя от насущных проблем, круглоликий будильник перевел взгляд на крепко спящего хозяина. Он опять пришёл вчера немного другим, не таким как раньше. Его движения были непредсказуемо глупы и опять эта непонятная уже новая бутылка в руках, что среди ночи с грохотом выпала из пальцев спящего хозяина и только чудом пережила разрушение о деревянный пол.
Никаких так нужных будильнику ответов человек не демонстрировал и шестеренчатый механизм, наконец, на долгие одиннадцать минут всё же перевел взгляд в тусклое окно.
“Где ты спрятался сегодня яркий жёлтый свет?” – направлял сквозь стекло неслышные никому слова будильник. А снаружи лишь пустотная серость и спокойствие ему отвечали полнейшей тишиной. Ни белых сверху падающих пятен, ни ласковых освежающих лучей зимнего солнца, ничего.
– Вставааааай, хозяин, вставаааай!
Глаза свои открывааай.
Вставаааай, хозяин, хозяин, хозяин,
Вставай, вставай, вставаааааааааай! – неожиданно радостно была пропета песня из невидимых уст молодого будильника. На протяжении всего периода сего кратковременного торжества будильник пожилой лишь молча наблюдал то за разрывающимся товарищем по работе, то за пробуждающимся хозяином. И когда уже хозяин относительно проснулся и сидя на кровати с тяжёлыми вздохами обеими руками держался за голову – настала его очередь будить, очередь старого будильника.
– Хозя…
– Да з.молчи ты, я .же проснулся. – Раздражённым сонным голосом сопроводил свой хлёсткий удар по шляпке часов человек. Неуверенно, но всё же намного лучше нежели прошлым вечером, он поднялся с кровати и направился куда-то в неизвестность на долгий пасмурный день, а в и без того бесцветной комнатушке нависло напряжённое молчание между временем прошлым и будущим.
Молодой будильник уже более не был таким ярким, как несколько минут назад. На электрические часы вновь нагрянуло чувство непонятной вины и непроизвольной обиды. С горечью в глазах он так рьяно продолжал искать встреч цифрой к цифре с механическим будильником, а последний в свою очередь этих самых встреч специально избегал.
– Жёлтый… – Осознанно нарушая тишину, попытался хоть как-то развеять накалившуюся ситуацию молодой механизм, когда увидел в окне на минуту появившееся солнце.
“Он тоже наблюдает за жёлтым, – подумал тут же про себя стрелочный будильник, и тут же продолжил самостоятельно развивать эту тему в более негативное русло, – он что, дразнит меня? Он даже жёлтого увидел раньше меня. Он это специально? Мало ему того, что он фактически во всём мире на целую минуту меня опережает, так ещё и лезет в моё единственное умиление…”
Сразу же после этих размышлений стрелочного, солнце, будто обидевшись, вновь скрылось за гущей зимних облаков, а оба будильника принялись всё глубже погружаться в себя, в слепом стремлении найти правильный подход к проблеме.