Не скажу, что был восхищен таким методом ведения боевых действий, но не мог не признать, что теперь можно было не волноваться. Башибузуки не уйдут никуда, покуда не расквитаются с обидчиками. То есть — нами. А это дело хлопотное. Поскольку топот множества копыт, у меня за спиной, становился отчетливее с каждым мгновением. И доносился с нужной стороны…
* * *
Степь да степь кругом…
Одно различие между прошлым разом и нынешним, я не плетусь в караване со скоростью самого медлительного вола, а скачу весьма резвой рысью…
Подоспевшие на помощь черкесы снесли остатки банды, как крошки со стола смахнули. Несколько биений сердца, и ни одного разбойника не осталось. Либо тоже видели, что башибузуки с цыганским табором сотворили, либо Мелисса рассказала… убедительно. Хотя, все воины опытные, знают с кем дело имеют. Так что хоть голомозые и орали что-то о пощаде, ни один руку не придержал. Бабахнули по разу, а после клинками довершили начатое. Мелисса и де ла Буссенор от ратников не отставали. Сеяли смерть щедро… Обеими руками. Не оставляя другим…
Вернувшись к обозу, я решил, что мне нет никакого смысла волочиться вместе со всеми. Не маленькие… Федот уже дважды водил караваны в Замошье, причем с охраной гораздо слабее нынешней.
Со мною отправились только телохранители — Мелисса и Иван, а еще я взял троих черкесов. Не потому что ожидал неприятностей в пути. Эти трое единственные из всего отряда сородичей имели статус «элита» и совсем немного не добирали опыта, чтобы я мог повысить их до пятигорцев. А мне очень свербело посмотреть, что ж это такое получится. Если черкесы сами по себе не подарок, даже в ранге «элиты» уже сравниваются статами с Мамаем, то что же будет на следующем уровне. Причем, первом из трех возможных!
Ну а в том, что по пути нам будет, как говорил д'Артаньян Портосу, обеспечено трехразовое фехтования, я не сомневался. Так что очки заработают. Да и вообще, в моем присутствии, это происходит быстрее. И если повезет, то в Замошье я приеду уже в сопровождении хотя бы одного пятигорца.
Так и произошло… Километров пять всего проскакали, как к нам, радостно завывая и улюлюкая, бросилась толпа каких-то оборванцев. Я даже вмешиваться не стал. Только пистоль в их сторону разрядил. Лишнее очко умений в обращении с огнестрельным оружием на расстоянии не помешает. Каждая сотня уменьшает время перезарядки на две секунды. Мелочь, вроде бы. А на самом деле, в бою, когда противники замерли напротив и лихорадочно заряжают пистоли, эти две секунды стоят ровно одну жизнь. Мою… Да и кто сказал, что я на сотне очков собираюсь остановиться. Оно очко прибавляется за пару попаданий в туловище или одно в голову. Ну и дистанция тоже имеет значение. Чем дальше, тем вероятнее начисление дополнительных очков. Вот и выходит — пуляй во врагов и развивайся. Благо, боеприпас неограничен. В том смысле, что после сражения их снова ровно «16». На восемь выстрелов.
Блин… А не дурак ли ты, ваше благородие? Вот почему хорошая мысля никогда не торопится? Кто мне мешает носить с собой два подсумка с огневым припасом? Никто. А «32» выстрела — это уже не шутки. При удачном стечении обстоятельств и косорукости противника, я смогу в одиночку полсотни врагов уложить. А с учетом того, что черная послушница и казак Иван всегда рядом… О-го-го! Раздайся море, я плыву…
Вторая засада ждала нас еще через час. Дорога проходила мимо буерака и оттуда высыпал с полтора десятка грабителей. Увидев, на кого напали, незадачливые разбойники тут же героически бросились наутек, но не успели. Арабские скакуны не те кони, от которых можно скрыться в степи. На этот раз я даже выстрелить не успел. Черкесы заслонили врага, рванув вперед, как спущенные со смычки гончие за зайцами…
Никакой личной жизни. Еще немного и они вместо меня все делать станут. Как эти «двое из ларца одинаковых с лица». Глянул на Мелиссу и насупился. А фиг вам, а не малину. Не отдам я «некто» яблоко, хоть он дерись.
— Как там цыган? — спросил для поддержания разговора.
— Поправится. В седле ему больше никогда не сидеть. Погоду сможет предсказывать лучше ведуна. Но жить будет. Потому что есть для кого…
— Ну и хорошо… А то получилось бы — зря спасали.
— Не говори так, атаман. В жизни ничего не бывает зря. Думать так, значит, сомневаться в Его, — сестра благочестиво подняла глаза к небу, — мудрости и провидении.
Интересный поворот. Впрочем, чего люди на Господа только не сваливали. Не помешал — значит, одобрил. Фактически благословил. В крайнем случае: «Я человек маленький. Начальника приказывал, с него и спрашивайте».