Тимоха изображает нечто вроде поклона и выглядывает за дверь. Еще мгновение, и он выходит наружу. Затаив дыхание, все ждут. Я тоже… Тишина. Потом раздается легкое постукивание по задней стене сарая.
Есть контакт…
— Кондратий, — правильно оценив ситуацию, продолжает распоряжаться старший среди русичей.
Пользуясь моментом, смотрю внимательнее. Что там система сообщит?
«Сергей Калита гость новгородский»
Ух, ты! Вот это встреча. Да ух, и вправду тесен мир. Куда не плюнь — непременно в знакомца попадешь. Даже пяти рукопожатий не надо. Ну-ну… Гость заморский. Думал, разбежимся, ан нет — имеется тема для разговора. Не гоже девиц влюбленных, даже опостылевших, басурманам в гарем продавать. На Агнешку мне, в общем-то, чихать, но она не сама по себе — а любовь боевого товарища. Ну и вообще…
— Лука…
Третий пошел. А шведы ни ухом, ни рылом. Но все равно нечего клювом щелкать. Фортуна она такая. Улыбается, улыбается… а потом как захохочет.
Глава девятая
«Поздравляем. Вы выполнили скрытое задание «Освободить пленных». Вы заработали уважение. Ваша известность повысилась. Вам доступно дополнительное задание «Спасти пленных». Должны выжить не меньше «5» русичей. Награда: улучшение отношений с царством Московским и Господином Великим Новгородом. Принять? Да/Нет?»
Само собой. И отношения не помешают, и спасение дело богоугодное, зачтется. А пятеро из дюжины не так и много. Авось повезет.
— Ну, что, други? — окинул взглядом московитов, присоединившись к ним в кустарнике. — Пока, Господь, нас хранит. Вознесите ему благодарность в молитве. Только мысленно, каждый про себя. И слушайте, что делать дальше.
Заметил несколько взглядов брошенных на купца и внес коррективы.
— Я не ваш господин или командир, поэтому не приказываю, а лишь советую. Последовать ему или нет — решайте сами.
— Говори, боярин, — пока остальные думали, гость новгородский уже принял решение. Смекалистый. Ну, так в торговом деле тугодумы не задерживаются. Аккурат до первых торгов. — Не сомневайся, все в точности исполним. Ты нас из плена освободил, волю вернул. И слово твое для нас нынче, что наказ родителя.
Красиво говоришь, купец. Заслушаться можно. Если не знать, какая ты сволочь на самом деле. Ладно, об этом позже.
— Хорошо… Замок на амбарных дверях висит, так что проверять, никто не станет. Значит, времени у вас — покуда охранник в себя не придет. Бил сильно — думаю, очнется не скоро, но и зря терять время не стоит. Поэтому, сейчас каждый из вас нагребает охапку хвороста побольше и не таясь выходит из оврага. Дело к вечеру, так что пленники тащащие сучья для костра, никого не удивят. Даже на то что вы не в ту сторону идете… Мало ли кто из командиров какой приказ отдал. Только не все вместе. Идите по одному или вдвоем. Будет кто заговаривать — кланяйтесь и мычите, как глухонемые… Можете рукой махнуть. Если получится. Понятно?
— Понятно, боярин, — опять за всех ответил купец. — Тут народ опытный. Промашки не будет…
— Как же вы… — хотел съязвить, но сдержался. Чего раны бередить. Но новгородец понял.
— Хочешь спросить: «как мы такие опытные да умные в плен угодили»? Подлостью и предательством. А от этой напасти никакой опыт не защитит. Если только совсем уж никому не верить… Но, если никому и никогда… зачем такая жизнь?
Во, как завернул. Умен… О подлости кручинишься? Что ж ты о ней не думал, когда влюбленную в тебя девчонку…
— Об этом позже… Слушайте дальше. Пробирайтесь на юго-запад… — для надежности махнул рукой в нужном направлении. — Верстах в шести от лагеря, перекресток. Сворачивайте направо. И еще через полверсты увидите небольшую рощицу. Крикнете: «Атаман Антон прислал!». Там мои люди… Кто к ним доберется — считайте, к своим попали. Вопросы есть?
Выждал минуту и дал отмашку.
— Вперед! Надейтесь на удачу, но и сами не плошайте.
— Спасайтесь, молодцы, — подтвердил мой приказ купец. — Даст Бог — свидимся еще. И помните — кто первым в Новгород вернется, обо всем увиденном и услышанном тотчас Совету доложить обязан. Как есть, без утайки. Не приуменьшая и не преувеличивая. Ну, а ежели не судьба — не беспокойтесь. Общество семьям поможет. Не даст сиротам пропасть.
Русичи поклонились в пояс, то ли мне, то ли Калите, а потом только хворост собираемый затрещал.
— Поговорим? — купец проводил взглядом своих людей и, когда густая зелень кустарника сомкнулась за спиной последнего, встал передо мной. Весь такой серьезный, собранный. — Хоть я и головой поклясться готов, что не встречались мы прежде, боярин, ощущение такое, что имеешь ты ко мне счет неоплаченный. А я в должниках ходить не привык. Сказывай, что не так?