Спустившись по деревянным сходням с пристани на берег, приезжий остановился и начал осматриваться, как бы определяя стороны света. Почти от самого плеса вздымался довольно крутой косогор, в который была врезана опять же деревянная лестница без перил. По приезжий направился не к ней — полез на самую кручу. Смешливая девушка в джинсах, прервав разговор с парнем чуть не вдвое выше ее ростом, на плече которого висела гитара, посоветовала с высоты:
— Деда, чего мучаешься? Эвон лестница — рядом!
— Мускулы округляю, — отвечал приезжий, отыскивая ногой точку опоры. — Мы, дочка… как-нибудь… без лестниц!
Одолев крутизну, запыхавшийся старик оказался на неширокой асфальтированной улице, другую сторону которой образовывали одноэтажные дома с огородами и разными строеньицами в глубине обширных дворов за невысокими заборами. Восстанавливая дыхание, он еще раз огляделся. Внизу мерцала блестками темная река, а между нею и подножием косогора вырисовывалась какая-то громада — что такое, не поймешь. Сумрак сгустился совсем: в небе, словно серебряные пузырьки, выскакивающие из глубин черного омута, вспыхивали звезды…
— Извиняйте за беспокойство, — сказал приезжий, обращаясь к веселой девушке и ее собеседнику. — Где тут у вас милиция?
Прервав оживленный разговор, те с любопытством уставились на него.
— Вам милицию нужно? — переспросил парень.
— Так точно, сынок, — подтвердил приезжий.
Ему объяснили. Райотдел милиции оказался недалеко — через несколько улочек, в длинном одноэтажном здании с островерхим козырьком над ступенчатым входом. Как раз в этот момент из дверей появились молодой лейтенант и двое юношей с красными повязками на рукавах. Мельком глянув на оказавшегося перед ним бородатого старика, лейтенант вместе со спутниками зашагал по улице. А приезжий поднялся по ступенькам…
Дежурный, сидевший за барьером у маленького стола, накрытого суконной скатертью, также был лейтенантом — но вроде еще моложе возрастом, хотя и с усиками, подкрученными кверху. Он вращал диск телефона.
— Здравия желаю! — браво поприветствовал приезжий.
Дежурный долго держал возле уха телефонную трубку и, только бросив ее на рычаг, недовольно ответил, подняв круглое лицо, над которым блестел козырек фуражки, с форсом сбитой на затылок:
— Здравствуйте. Слушаю вас.
Старик помялся, поправил малиновый галстук.
— Слушаю, гражданин! — мрачно повторил дежурный. — Вы по какому вопросу?
— Обворовали меня, — смущенно сообщил старик. — Вещи увели…
— Как понимать — увели? — неприязненно перебил дежурный, явно находившийся в скверном настроении. — Выражайтесь, пожалуйста, нормально. Без фени. Что украли?
— Плащ. И чемодан… ну, не чемодан, а вроде того. Сумку большую, с молоньями, — сбивчиво разъяснил приезжий.
— Не знаете, какую вещь у вас похитили? — неприятно удивился дежурный. — Ну и ну!.. Опишите пропажу.
Старик подробно обрисовал сумку и добавил, что заметил ее исчезновение незадолго перед тем, как «Комете» подойти к Краснокаменскому.
— Да-а… интересно, — саркастически усмехнулся дежурный лейтенант. — Что содержалось в сумке?
Потерпевший чуть подумал.
— Обыкновенно, что требуется. Бритва там, мыло, носки… бельишко разное. Конешно, брюки. Рубахи…
— Сколько рубашек?
— Две… То ли три?
— Просто удивительно! Собственных рубашек не знаете? Так две или три?
— Две… Нет, три. Шут их знает, считал я, што ли? — совсем смешался старик.
Долгим взглядом оглядев его, дежурный задал криминальный вопрос:
— Документы, деньги, драгоценности там были?
— Только паспорт. Я его никогда при себе не таскаю… А деньги здесь.
— Много? — насмешливо поинтересовался дежурный.
— Много у меня сроду не бывало, — чистосердечно признался старик. — Около полста есть… И драгоценности имеются!
Сунув руку во внутренний карман пиджака, он извлек горсть медалей, гордо, даже приосанившись, показал их дежурному. Взгляд лейтенанта смягчился.
— Удостоверение участника сохранилось?
— Это да! — с удовлетворением подтвердил старик. — Удостоверение цело, а как же!