И хотя дальше вечер пошёл нормально – я посвятила двор Нехлюнды в подробности Мафии, мы для примера сыграли пару раз, а потом я почувствовала, что виски начинает сжимать, словно обручем, и тихонько исчезла, – тревога не оставляла. Поскольку все разбились по группам и активно вникали в новую фишку, это удалось сделать, не обратив на себя внимания. Манило бросил на меня всего один мрачно-тоскливый взгляд, но деваться ему было некуда – его усадили за один из столов в качестве ведущего. Даня кстати сидел рядом с ним, но уже как игрок. Поэтому я благополучно слилась из зала, задавив в зародыше желание последний раз оглядеть толпу гостей – паранойя не желала сдаваться.
В своих покоях устало присела в кресло, прикрыв глаза и массируя виски. Боль нарастала, а вместе с ней какое-то странное беспокойство, грозившее перейти в настоящую тревогу. Чёрт, с какого перепугу мне померещился Вовка? Ну в самом деле, больше полугода прошло, я другого люблю! Бред какой-то. Вздохнув, поднялась, нащупала на спине пуговички, начала их расстёгивать на ходу, направляясь в спальню. Γорячая ванна – вот что мне сейчас поможет. И от гудящих ног, и от тревоги, сдавившей сердце. Включила воду, добавила мелкого ароматного песка, заменявшего здесь пену, и выпуталась из платья, небрежно отбросив его ногой. Оставшись в чулках и нижнем белье, присела на край, наблюдая, как вода покрывается жемчужной, воздушной пеной, источавшей тонкий цветочный аромат.
— Полечка? — я вздрогнула, и испуганно оглянулась, но это оказался всего лишь Данька, стоявший на пороге ванной. — Ты чего, Малинка моя? – он с удивлением посмотрел на меня, и я поспешно отвернулась. Чёрт, заметил страх.
Он приблизился, и положил ладони на плечи, начав аккуратно разминать закаменевшие мышцы, и я невольно отвлеклась от тревожных мыслей, зажмурившись и тихонько постанывая от приятного, но слегка болезненного массажа.
— Ты какая-то напряжённая, — негромко констатировал Даня очевидный факт, продолжая свои действия. — Что случилось, Лин?
Я прислонилась к нему, чувствуя, как расслабляюсь под умелыми пальцами.
— Ты никогда не спрашивал о моей жизни там, дома, — тихо ответила, испытывая настоятельную потребность исповедоваться и избавиться уже наконец от прошлого окончательно.
Данила помолчал, его ладони скользнули вниз по плечам и спустили лямки нижней рубашки.
— А надо? — последовал лаконичный вопрос.
— Меня преследуют призраки, — пробормотала я, почувствовав, как пальцев коснулась вода – ванна набралась. — Которых тут в принципе быть не может. Мой блондин присел и начал аккуратно снимать чулок с моей ноги, и я несколько отвлеклась, на пару минут потеряв нить беседы – волнующий процесс родил беспорядочную россыпь мурашек по коже, и мысли свернули куда-то совсем налево.
— Что за призраки? — спокойно спросил Даня, принявшись за второй чулок.
М-м, А? Что? Ох-х…
— Ты меня отвлекаешь, – нервно хихикнула, когда он словно невзначай погладил коленку.
— Больше не буду, — он выпрямился, небрежно бросив чулок на платье. – Пока, — добавил с улыбкой и кивнул на ванну. – Забирайся, Поля, а то остынет.
В общем, разговор продолжился спустя некоторое время, уже в ванной, собственно. Размеры сей детали интерьера вполне позволяли устроить при желании групповой заплыв, так что я комфортно расположилась на коленках Дани, рассеянно теребя его волосы на затылке, и думая, с чего начать.
— У меня парень был, – тихо произнесла наконец, наблюдая, как переливаются в неярком свете светильников маленькие пузырьки на поверхности воды. — И я его очень сильно любила…
Данила слушал молча, не перебивая, а я, пересказывая историю нас с Вовкой, с каждой минутой чувствовала, как становится легче. И приходило понимание, что прав он был, вряд ли бы у нас что-то получилось серьёзное в будущем. Чего-то не хватало нашим чувствам и отношениям, уж не знаю, чего но… Я затихла, прижавшись к Даньке, и с некоторой опаской ожидая его реакции на мою исповедь. Не зря ведь говорят, что мужики не любят слушать о бывших своих девушек… Его ладонь медленно провела вдоль моей спины, и я выгнулась, как кошка, зажмурившись.