— А должна? – осторожно осведомилась я, настороженно глядя на Данилу. – Слушай, мне кажется, или мы где-то уже виделись помимо моих снов? — в лоб спросила я, иначе любопытство дырку во мне прогрызёт.
Светлая бровь поднялась домиком, и я невольно сглотнула – этот простой жест всколыхнул какие-то эмоции, что-то шевельнулось в душе.
— Ты видела меня во сне? – голос блондина стал низким, завораживающим, и я прямо заслушалась, чуть подавшись вперёд.
— Ага, — протянула, поймав себя на том, что пристально изучаю полные губы, а мысли свернули на тему поцелуев.
— Поля, – его палец приподнял мой подбородок. — Я тебе ничего не буду рассказывать. Ты должна сама вспомнить. Так Аристарх сказал.
— Аристарх? – я нахмурилась, отвлёкшись от волнующего погружения в тёмно-серые, отливавшие синевой, глаза. Имя тоже казалось знакомым.
— Аристарх, твой советник, — Данила усмехнулся. — Он говорил, что временная потеря памяти возможна, всё-таки организм перенёс такой стресс…
— Какой? — тут же спросила я, и перед глазами снова мелькнули картинки лаборатории…
— Судя по испугу в твоих глазах, ты прекрасно поняла, о чём я, — Данила прищурился.
Сглотнула, потому что горло внезапно пересохло, и мысли опять скакнули, переключившись с поцелуев на гораздо менее привлекательные вещи.
— Я… умерла?.. — одними губами спросила, и ощутила, как на затылке зашевелились волосы.
Данила молча кивнул. Так, вопрос о том, куда всё-таки попала и почему, пока отложим. Воспоминания начали со скрипом отматываться назад: последние дни в моём мире, настойчивость Вовки, его странные взгляды… Дальше начала болеть голова, и я зажмурилась, приложив пальцы к вискам.
— отдыхай пока, — Данины ладони мягко коснулись запястий. – Тебя никто не побеспокоит, Поля, Арик всё устроил. Мы за городом, в летнем дворце, и тут кроме тебя, меня, и Аристарха, ну ещё слуг, никого нет.
— Э, летний дворец? – мои брови поднялись в удивлении.
Даня покачал головой.
— Вспоминай, Полечка, – и… наклонившись, неожиданно чмокнул в кончик носа. – Сама, Малинка моя.
— Да что я должна вспомнить?! — эти тайны Мадридского двора уже начали надоедать.
Блондин посмотрел на меня долгим взглядом.
— Хоть что-нибудь из своей прошлой жизни, – тихо ответил он. — Не той, откуда ты ушла, Полина. А той, что была До того.
Во загнул-то, а. Кэррол отдыхает. Я поджала губы и решительно отбросила одеяло, обнаружив, что на мне весьма приятная кружевная ночнушка, только длинная и неудобная. Я предпочитала спать или совсем без ничего, или в более коротких вариантах.
— Во что здесь можно переодеться? Я хочу посмотреть, куда меня занесло, — заявила я, усиленно стараясь делать вид, что не заметила взгляда Данилы, прогулявшегося по мне.
Что он, женщин в кружевных ночнушках не видел, что ли? С другой стороны, ведёт себя так, будто мы давно знакомы, и кто его знает, в каком виде он меня лицезрел.
— Гардеробная там, – Данила невозмутимо кивнул на небольшую дверь в углу спальни.
О, офигеть, у меня тут личная гардеробная есть, клёво! Я с воодушевлением нырнула в недра… Через полчаса вынырнула, красная, растрёпанная, и злая. Там же ни одного нормального, сплошь какие-то вычурные! Решила еще раз внимательнее пересмотреть, и нашла наконец, более-менее приличное, с длинным рядом пуговичек спереди, квадратным вырезом, и двумя нижними юбками. Это кто же я тут, интересно, по статусу? Что за Ольветта такая? Где она вообще находится? Хотя, на последний вопрос, пожалуй, могла ответить: не в моём мире, значит, я пополнила ряды бесчисленных попаданок, о которых уже не пишет только ленивый.
— Ну, я готова к обзорной экскурсии по местным достопримечательностям, – вернулась в спальню и остановилась посередине.
Данила снова улыбнулся и встал, а я засмотрелась на широкие плечи, обтянутые светло-серой шёлковой рубашкой, пытаясь справиться с разбушевавшимися эмоциями: казалось, имею полное право сейчас подойти и обнять эти самые плечи…
— Сначала расчешемся, Малинка, — Даня невозмутимо взял с туалетного столика гребень. – Иди сюда.
— Почему ты так меня называешь? — послушно приблизилась и повернулась спиной к нему.
— Потому что мне так нравится, – от раздавшегося у самого уха голоса чуть не подскочила, снова утонув в коктейле эмоций.
Хм, похоже, подсознание в курсе, что связывает меня и этого блондина, и почему он мне снился последние две недели…
— А вопросы задавать можно? – полюбопытствовала я, тихо млея от неторопливых движений расчёской по волосам. Хотелось жмуриться и мурлыкать от удовольствия.