— Второй этаж, номер двести три, двухместный, — сказал он и, не удержавшись, добавил с улыбкой: — Желаю успеха.
Поднявшись к себе на второй этаж, Березов бросил у кровати портфель, выложил умывальные принадлежности. Выглянув в окно, выходившее на узкую улицу, и увидев стоящую на тротуаре девушку с ярко-красной сумкой в руке, вышел из номера.
— Тут есть неподалеку кафе, товарищ капитан, там и поговорим, — тихо сказала она.
В кафе лейтенант милиции Майя Нису сообщила Березову, что сегодня вечером Соколову предложат освободить одноместный номер и переселят в двухместный к нему, к Березову. Еще она сказала, что в течение ближайших часов свяжется с предприятием, на которое Соколов командирован, и постарается восстановить все, что он делал и с кем общался в последние несколько дней. Оставив свой телефон, она попрощалась и ушла, размахивая ярко-красной сумкой.
Вечером в номер пришел Соколов в сопровождении администратора.
— В связи с аварией, товарищ Соколов, — извиняющимся голосом говорил администратор, продолжая начатый еще в коридоре разговор, — и исключительными обстоятельствами, вы должны нас понять. Из того крыла, где вы жили, нам пришлось выселить не только вас. Находиться там сейчас абсолютно невозможно. Через час отключат и воду, и отопление. Да вы не волнуйтесь, это не надолго, может быть, даже завтра вы вернетесь обратно.
Когда администратор ушел и мы остались одни, Соколов уже не сердился.
— В конце концов это даже к лучшему, — галантно сказал он, — авария дает возможность познакомиться с хорошим человеком. Моя фамилия Соколов. Командированный из Калинина, очень приятно. Быть может, выпьем? Без этого какое же знакомство?
Он вынул из портфеля бутылку водки и круг колбасы. Березов представился администратором Киевской филармонии и пообещал Соколову контрамарку на очень интересный концерт. Соколов поблагодарил и в свою очередь предложил Березову познакомить его с одной очаровательной девушкой.
— Подруга моей приятельницы, — сказал он. — Такой кадр, что не захочется уезжать из Таллина. Я бы сам занялся, да неудобно. Я ведь с ее подругой уже целую неделю встречаюсь. В Таллине вообще хорошие девушки, поэтому так часто сюда и езжу.
Внимательно слушая болтовню Соколова, Березов старался понять, просто так говорит спекулянт-снабженец или старается в чем-то убедить его, направить мысль, в определенном направлении, заставить думать так, как хочется Соколову.
«Подозревать конкретно меня, думал Березов, у него нет никаких оснований, но если у него рыльце в пушку, он должен опасаться любого, и тогда разговор о том, что заставляет его часто ездить в Таллин, совсем не случаен. Возможно, ему хочется избежать подозрений в спекулятивной деятельности, подозрений, которые при размахе его дел наверняка уже возникали у соприкасавшихся с ним людей».
В тот день знакомства Березов почти все время молчал, Соколов же трещал без умолку. Он рассказывал о городе Калинине, о том, как часто ему приходится ездить в командировки, о том, что начальство в нем души не чает. Он так искренне и горячо убеждал Березова в том, что без него его руководство не смогло бы выполнять план, что, кажется, сам в это в конце концов поверил. Когда, допив бутылку, они уже собирались лечь спать, зазвонил междугородный телефон.
— Алле, — сказал Соколов, беря трубку. — Да, это я. Как дела, моя ласточка? — Он прикрыл мембрану рукой и, самодовольно улыбаясь, сказал Березову: — Жена делает ежедневную проверку, очень ревнует. — Да, да, дорогая, все в порядке, просто пришлось перейти в другой номер. Вчера я ужинал в ресторане с нужными людьми с завода. Сама понимаешь, без этого никак. Да нет, в тот раз я весь вечер сидел в номере, но звонок у меня телефонный не работал. Сам-то я звонил, но до меня дозвониться было, конечно, нельзя. И на заводе не могла добраться?! Так это естественно. Я там на одном месте никогда не сижу. Ну, будь здорова, дорогая! До скорого, целую.
Когда на следующее утро Березов проснулся, Соколов уже ушел на работу. Сергей позвонил администратору и выяснил, что в номере, из которого Соколов вчера переехал, телефон не чинился, по крайней мере, месяц. Правда, по дате несостоявшийся телефонный разговор Соколова с женой не имел к убийству Джалиева никакого отношения, но все же Березов подумал, что его сосед по номеру вполне мог создать себе алиби и на 18 декабря.