На заводе, на который Соколов приехал в командировку, Березов долго беседовал с начальником отдела кадров. Еще раньше с ним беседовала Майя Нису, так что в общих чертах тот представлял себе дело. По просьбе Сергея кадровик с помощью начальника отдела снабжения попытался восстановить день за днем всю таллинскую деятельность Соколова, разумеется, в рабочее время. Казалось, что Соколов каждый день своей командировки приходил на завод, но это нигде не фиксировалось, и утверждать что-либо категорически они не рискнули. Вообще у него, как у приезжего, был свободный распорядок дня. Иногда он приходил утром и находился на заводе до позднего вечера, иногда появлялся на работе в середине или конце дня и быстро уходил.
Не добившись от них ничего, Березов вернулся в гостиницу. Через полчаса в номер пришел Соколов. Опять были долгие разговоры, безудержное хвастовство, длинная совместная прогулка по Таллину, закончившаяся по предложению Соколова ужином в ресторане. За столиком вместе с ними сидела пожилая пара. Мужчина давно сделал заказ и очень нервничал, что так долго не несут.
— У меня скоро поезд, — жалобным голосом говорил он Березову, — а они все тянут.
Когда ему наконец принесли, он успокоился и начал разговор на отвлеченные темы. На разговор это, впрочем, было мало похоже, скорее на монолог. Пожилой мужчина, судя по всему, принадлежал к довольно распространенному типу людей, которые любят слушать только себя. Он очень расхваливал Таллин, таллинские кафе, магазины, жителей города, говорил, что в отличие от того места, где он живет с женой и двумя детьми, здесь невозможно встретить пьяных на улице и что единственная претензия к Таллину, впрочем, он сам в этом виноват, заключается в том, что около гостиницы «Виру» какой-то барыга всучил ему за бешеные деньги ондатровую шапку. Березова такой поворот в разговоре очень устраивал, он и сам собирался поговорить о спекуляции. Однако Соколов ничем не выдал себя, в нужных местах поддакивал, качал головой. Лицо его все время выражало неподдельное возмущение по поводу людей, наживающихся на честных гражданах.
На следующий день Березов позвонил из гостиницы Майе Нису.
— Пожалуй, Соколова следует допросить официально, — сказал он. — Кое-какие вопросы я уже заготовил. Вообще, как мне кажется, он хитрее, чем я думал, и ловить его на случайных промашках в разговоре — пустая трата времени.
— Хорошо, — сказала Майя, — я обдумаю, как это лучше сделать, и позвоню вам.
Но она не позвонила, а через некоторое время приехала сама. Девушка была очень взволнована.
— Товарищ майор, — крикнула она с порога, — похоже, что Соколов сбежал! Неужели он догадался о том, к кому его подселили?!
— Даже если так, — возразил Березов, — это еще не повод для бегства. Впрочем, при панике это бывает. Хотя непонятно, что его так напугало. А вы случайно не ошиблись?
— Вряд ли, — решительно сказала Майя Нису. — Он не явился на заводское совещание, которое организовали в отделе снабжения специально для него. Сейчас я снова проверю. — Прямо из номера гостиницы она позвонила в аэропорт. — Ну вот, — сказала девушка, положив трубку, — так я и думала, Соколов Александр Петрович взял билет на одиннадцатичасовой рейс Таллин — Москва. — Она посмотрела на часы. — Самолет уже в воздухе Что будем делать дальше?
Конечно, я не успевал встретить самолет в Москве. На машине, как и на поезде, соревноваться в скорости с воздушным лайнером бессмысленно. Однако времени после звонка Березова я все же не терял. С помощью из Калининского городского отдела милиции сел в ближайший поезд и начал набрасывать план предстоящего разговора со снабженцем-спекулянтом. Меня несколько тревожило, как сотрудники Московского уголовного розыска сумеют задержать человека, которого они никогда до этого не видели.
Я тоже никогда не видел его, но столько людей описывали мне его внешность, так много раз в своих мыслях я возвращался к этому человеку, что, как мне казалось, лично я смог бы отличить его от тысяч других. К тому же я предусмотрительно запасся фотографией спекулянта.
Вообще-то таких людей, как Соколов, по внешним признакам разыскивать сложно. Дело в том, что у него не было никаких особых, бросающихся в глаза примет. У него не было шрамов на лице, перебитого носа или редких зубов. Внешне это был абсолютно рядовой, ничем не примечательный человек, нормального роста, среднего возраста, в меру худощавый, в обыкновенном слегка потертом пальто, в недорогой меховой шапке.
И все-таки они сумели задержать у трапа самолета одного из 88 пассажиров по описанию, которое сделал им из Таллина по телефону инспектор уголовного розыска Сергей Березов. Единственная, впрочем не такая уже существенная, примета отличала Соколова от других пассажиров — у него в руках не было никакой клади, ничего не получал он и из багажного отделения. Маленький чемоданчик типа «дипломат» Соколов оставил в гостинице Таллина, не рискуя вернуться за ним перед вылетом в Москву.