М-да-а-а…
А я поняла в этот момент, что леди Лере окончательно потеряна для этого мира. Это же надо так умом тронуться, чтобы бабника оправдывать. Я, может, тоже протестую. Что мне теперь, по мужским постелям прыгать, чтобы за фон Миллера замуж не выходить? А может это ее мой женишок в порыве страсти головушкой приложил обо что-нибудь твердое разок, другой? Иначе я объяснить этот откровенный бред, что сейчас лился из уст Вероники, не могу.
— А протестовалка у него еще не стерлась? — насмешливо фыркнула я, не в силах серьезно воспринимать доводы этой девицы.
— Да ты! — рыкнула она, подавшись вперед и вцепившись пальцами в ворот моего пиджака.
А вот это она зря! Чужих прикосновений я терпеть не могу.
Сила заискрилась на кончиках пальцев раньше, чем я успела закончить мысль. Выдрессированные за годы учебы рефлексы сделали свое дело. По руках Вероники больно шлепнуло агрессивно настроенной силой. Девица ахнула, одергивая ладони. Но было уже поздно, адептку отшвырнуло от меня на добрый метр. А нечего было мять мой любимый форменный пиджачок!
— Еще раз хоть пальцем ко мне притронешься, и расплата будет куда более суровой, — предупредила я жестким тоном.
Леди Лере вскочила на ноги, гневно сжимая кулаки, но бросаться на меня снова не рискнула.
— Я вообще-то люблю его, стерва! — припечатала Вероника прежде, чем унестись прочь.
— Сама дура, — фыркнула я ей вслед вполне заслуженно.
Вслед за ней поспешила и Мариса, видимо, собралась утешать подружку. А я-то думала, почему она утром не караулила привычно под моей дверью. А ей, похоже, уже успели донести свежие сплетни. На практике во дворце ведь Марисы с нами не было.
Ну, тем и лучше. Можно даже сказать, что мне повезло сразу избавиться от обеих змеюк, что я пригрела на груди.
Стоило главной скандалистке дня скрыться с глаз долой, как я вновь обратила свое внимание на обитателей академии, которые и стали свидетелями скандала. Они мое внимание тоже заметили, оценили, впечатлились и поспешили вслед за леди Лере. Правильно-правильно, мои хорошие, сейчас мне лучше на глаза не попадаться.
Правда, все же парочка особо любопытных зевак осталась жаться по углам, надеясь на продолжение концерта со мной и фон Миллером в главной роли. Ох, как же я люблю разочаровывать людей.
Вон и фон Миллер стоял и предвкушающе скалился, ожидая, когда я начну предъявлять претензии. А вот и не дождешься, мой драгоценный. Больно ты мне нужен, сцены ревности тебе закатывать. Я, наоборот, жду не дождусь, когда же смогу от тебя избавиться. А ты теряешь бдительность, наглеешь и совершаешь ошибки. Такими темпами, он сам себе скоро могилу выроет и без моего участия.
Хладнокровно выдержав злорадный взгляд фон Миллера, и ответив на него моим равнодушным, я чинно направилась дальше. Краем глаза, успев, заметить, как вытянулось от удивления лицо благоверного и как поскучнели физиономии наглых наблюдателей.
Да катитесь вы все к черту! Адамина фон Соммер никогда не опустится до публичных скандалов. Зато с превеликим удовольствием отомстит всем желающим эти скандалы спровоцировать. И начнет она с Вероники Лере, рыженькую второкурсницу оставит на закуску, а драгоценный фон Миллер станет самым лучшим десертом.
Глава 4
Первый учебный день все никак не хотел заканчиваться. И в перерыве перед последней лекцией по атакующим чарам я брела по коридору, склонив голову. К сожалению всех обитателей академии, виной тому был не мой упавший дух, а потерянная брошь, подаренная бабулей на совершеннолетие.
Эту брошь я сегодня гордо прикрепила к пиджаку по такому важному поводу, как начало нового учебного года. А спустя несколько часов обнаружила, что украшения с крупными рубинами на груди нет. Вот я и отправилась в пеший тур по академии, следуя по всем местам своего сегодняшнего маршрута.
Было, конечно, подозрение, что брошь сорвала Вероника, когда вцепилась мне в пиджак. Но не хотелось устраивать очередное зрелище на потеху публике и голословно обвинять девицу, не имея доказательств.
Коридор возле столовой я проверила в первую очередь, но подарка бабули там не нашла. И потому пришлось исследовать все коридоры академии, а прошла я их сегодня не мало. В какой-то момент даже закралась мысль, что, возможно, брошь я сегодня не надевала. Но потом я достала магофон (которые в академии вообще-то были запрещены), открыла утренний магснимок, на котором я стою вся такая красивая, нарядная и с брошью, и успокоилась, поняв, что склероз мне пока не грозит.