У меня в голове крутится множество мыслей, но я зацепилась за одно слово.
— Gattina, если бы я тебя отчитывал, ты бы это знала. Я бы заставил тебя с голой задницей лежать у меня на коленях, пока я отшлепывал бы тебя за неповиновение.
Господи, неужели я только что это сказал?
Ее выражение лица - единственный ответ, который мне нужен. Ее челюсть отпадает в шоке, но она быстро приходит в себя, нервно покусывая губу. Я продолжаю, стараясь избежать неловкости, которая последует за этим заявлением: — Итак, очевидно, что я не "отчитывал" тебя. Я просто выразил свое беспокойство, хотя, признаюсь, я мог бы быть менее грубым в этом.
Я смягчаю свои слова, даря ей небольшую улыбку, которая, я надеюсь, выглядит извиняющейся. — Мне жаль.
Она, наконец, отпускает свое проклятое ожерелье, сжимая пальцы перед животом, пока формулирует ответ. Она несколько раз моргает на меня, прежде чем отпустить руки в стороны, ее поза расслабляется, а на губах играет ухмылка.
— Еще раз так сделаешь, и будешь у меня на коленях, чтобы отшлепать.
Ее ухмылка перерастает в полноценную улыбку, когда выражение моего лица меняется от шока до чертовой радости от ее слов.
Я не могу удержаться от смеха, абсурдность ее слов обрушивается на меня, как грузовик Макка, и я изо всех сил стараюсь сделать несколько глубоких вдохов. Она тихонько хихикает рядом со мной, и это самый приятный звук, который я когда-либо слышал.
Боже, мне нужно взять себя в руки.
Стоя и выпрямляя осанку, я издаю последний смешок, а ее глаза остаются прикованными к моим, в этих медовых глазах горит смех.
Она качает головой, и ее щеки розовеют под моим взглядом, а на лице остается мега-ватная улыбка.
Переключив свое внимание на причину, по которой мы вообще затеяли этот разговор, я торопливо говорю ей: — Напиши мне в следующий раз. Я потренируюсь с тобой и буду твоим наблюдателем.
Вот тебе и умение держать себя в руках. Я сопротивляюсь желанию покачать головой и жду ее ответа.
— Уверена, у тебя есть дела поважнее, чем быть моим наблюдателем, — говорит она, закатывая глаза, кладя руки на бедра и выпячивая бедро, как будто я смешон. И я не могу сказать, что она не права. Я даже не знаю эту женщину, не считая того факта, что она говорит бессвязно, когда нервничает, цепляется за это ожерелье, как за спасательный круг, и ее щеки розовеют практически по любой причине.
— Я много занимаюсь спортом и люблю делать это примерно в это время, пока все не ушли с работы и не направились сюда после семи, — объясняю я.
— А, понятно. Значит, такой большой сильный мужчина, как ты, может поднимать без помощника, а такая слабая женщина, как я, - нет, так ли? — Она с вызовом вскидывает бровь.
Я думаю, что она дразнит меня, судя по ее ухмылке и нотке в голосе, но на всякий случай говорю: — Знаешь что, ты права. Мне очень нужен наблюдатель. Спасибо за предложение!
Моя веселая улыбка становится еще шире, когда на ее лице появляется шок.
— Дай мне свой телефон, и я дам тебе свой номер, чтобы ты могла написать мне в следующий раз.
Шок на ее лице совпадает с моими мыслями, потому что, похоже, у меня нет фильтра с этой женщиной. И уж точно я не собираюсь рассказывать ей, что тренировки с отягощениями я оставляю на обязательные дни тренировок с командой. Здесь я занимаюсь только кардио, поэтому мне никогда не требовался помощник.
Опять это закатывание глаз. — Ладно, вот мой номер, но я не обещаю, что когда-нибудь напишу тебе.
Мне хочется закатить на нее глаза, но вместо этого я беру ее телефон и ввожу свой номер, устанавливая контакт как "Горячая подружка". Я сохраняю его и передаю ей обратно, после чего отправляю себе сообщение с ее телефона, чтобы у меня тоже был ее номер. Я не верю, что она напишет мне в следующий раз, когда захочет подняться, и хочу иметь возможность написать ей самому.
Вдруг мне понадобится чашка сахара или что-то еще? Всегда полезно иметь контактную информацию соседки.
По милости Божьей мы погружаемся в уютную тишину, свободную от моего внутреннего монолога, который вырывается наружу против моей воли.
Глава 9
Катарина
После возвращения из спортзала я заскочила в душ и быстро переоделась. Скоро должен прийти Кас, а мои продукты только что доставили за дверь.
Я открываю дверь ключом, наклоняюсь, чтобы взять десятифунтовый мешок риса, который я заказала, и использую его, чтобы удержать дверь открытой. Я набиваю руки пакетами с продуктами, заношу их на кухню и вываливаю на кухонный остров. Я успеваю занести еще больше продуктов, когда вижу, как Кас выходит из лифта и поворачивается к моей двери. На его лице расплывается огромная улыбка, и он ускоряет шаг, увидев меня.