– Лисонька хочет от нас сбежать, – охотно наябедничал Эрин.
Дёрнув хвостом, дабы избавиться от второй наглой лапы, я кое-как села, придерживая на груди край одеяла. Сидеть с хвостом не слишком удобно, хорошо хоть, только один, а не все три. Кошак бесил по-тихому. Одежда… ну, как и следовало ожидать, разбросана по всей спальне. Надеюсь, платье уцелело. Добираться в звериной ипостаси через полгорода до логова в случае, если наряд пал смертью храбрых, не улыбалось совсем.
– Прекрати называть меня Лисонька, – не сдержавшись, огрызнулась я.
– Ты же лиса, как тебя ещё называть? – искренне удивился Эрин. – Не кисонькой ведь.
– Скажи ещё – киска!
– Что плохого в слове «киска»? – пробормотал Юлиан, растирая лоб и переносицу. – Если, разумеется, отбросить тот идиотский пошлый подтекст, который в него иногда добавляет нынешняя молодёжь.
– А давай я за глаза буду звать тебя котиком? – язвительно предложила я, проигнорировав замечание мага.
– Как скажешь, сладкая моя.
Я сейчас его покусаю.
– Я не твоя.
– Ладно, тогда наша, – Эрин опять потянул ручонки загребущие к моему хвосту, пытаясь обнять его, будто подушку. – Я сегодня добрый.
– И не ваша. Я вообще ничья
Чего ради я с ним дебаты веду? Побаловались, и хватит, пора честь знать.
Не приведи Праматерь ледышка узнает – или голову снимет за то, что сплю с возможными врагами, или будет издеваться и припоминать при каждом удобном и не очень случае.
Отпустив одеяло, отобрала хвост у кошака и слезла с кровати через изножье. Два весьма заинтересованных – некоторым и похмелье не помешало – взгляда впились в спину и пониже, внимательно изучая открывшийся вид. И ладно Эрин, ему всё же положено питать слабость к данной части тела оборотня, но чтобы человеческому мужчине понравилась женская попа с рыжим лисьим хвостом?!
Ещё и извращенец на мою бедную больную голову.
Платье – грустная голубая лужица на ковре – нашлось посреди спальни. Утруждаться поисками белья я не стала, сгребла наряд в охапку и ретировалась в ванную комнату, найденную по запаху. Наспех, суетливо привела себя в порядок, попытки с пятой, морщась и кривясь, убрала хвост – всё же для человеческого тела данная часть несколько инородна. Натянула платье, радуясь, что в порыве страсти его не порвали, не зацепили и не выдрали пуговицы с мясом. И у кого только хватило терпения с ними возиться?
– Лиссет? – донёсся из-за двери голос Юлиана. – Тебе что-нибудь нужно? Средство от похмелья или завтрак…
А средства для выборочной амнезии у него, случаем, нет?
– Да, – я открыла дверь и повернулась к магу спиной, – буду премного благодарна, если поможешь. До части пуговиц даже мне неудобно дотягиваться.
Юлиан шагнул в ванную и начал застёгивать неосиленные мной пуговки. Смотрю, брюки уже надел и явно сам что-то выпил – ощущался слабый травяной запах.
– Действительно уходишь?
– Мне и впрямь пора, – наверняка маг и расстёгивал.
Сдаётся мне, вряд ли кошаку терпения хватило бы.
– Лиссет, мне бы не хотелось, чтобы ты думала, будто всё это… хм-м, было спланировано заранее, что мы с Эрином договорились или что для меня… оно в порядке вещей…
Всё-таки он милашка. Даже оправдываться пытается.
– Всё в порядке, – нарочито беззаботно ответила я. – Мы же оборотни, для нас такое дело вполне нормально, так что не думай об этом.
Юлиан закончил с пуговицами и я, отпустив волосы, обернулась к магу. Мужчина смотрел настороженно и одновременно с такой трогательной растерянностью, что захотелось его затискать, словно любимую плюшевую игрушку. Одна каштановая прядка падала на лоб, вызывая острое желание её поправить. И чего этому кошаку на балу не сиделось, мы с Юлианом прекрасно провели бы ночь вдвоём, и кто знает, может, и о второй встрече договорились бы.
Даже досадно немного.
– Или думай об этом как об интересном, познавательном опыте, – я чмокнула мага в колючую щёку и выскользнула из ванной.
На пороге спальни нашла туфли, надела и направилась через гостиную к выходу из номера. Только вот сбежать по-быстрому не получилось.