О том, как прошёл мой вечер и в частности ночь, я предпочла не распространяться, ограничившись общими фразами.
Метка кошака, прикрытая шёлковым платком, периодически зудела и чесалась, вызывая настойчивое желание всё-таки разыскать этот коврик линялый и распустить его на ленточки. Брачную метку не ставят без разрешения партнёра, это как минимум некрасиво, неэтично и против негласных правил. А мне теперь придётся прятать метку, словно малолетке первый засос, под платками, шарфиками и высокими воротниками, что крайне уместно, когда на дворе лето расцветает! Пять-шесть месяцев придётся! Ко мне ни один оборотень-самец не подойдёт, пока она не исчезнет, да и любой разумный мужчина, разбирающийся в наших обычаях. И какого пса Эрин вообще меня укусил? Позлить хотел? Или отомстить за мой отказ? Вроде как не только отымел, но и личную жизнь на ближайшие полгода основательно испоганил?
Жаль, не умею гадать на кофейной гуще. Совет и перспектива на будущее сейчас пригодились бы.
– Лиса! – Нордан возник на пороге кухни неизбежным стихийным бедствием, которое ждёшь-ждёшь и вот оно наконец является и по твою душу. – А я-то думал, кого я ещё не видел этим дивным утром? Как прошло дуновение весны в начале лета?
Как будто ему моя личная жизнь и впрямь так интересна!
– Норд, – Шель сначала укоризненно посмотрела на благоверного, а потом извиняюще – на меня.
– Тебе и не снилось, – хмуро отозвалась я.
– Не имею привычки смотреть порно по ночам, – парировал ледышка.
– Ой, да неужели? – изобразила я удивление.
– Тебе в платке не жарко?
Твою ж чащу! Какой наблюдательный, с ума сойти можно! Обычно мужики даже новый цвет волос своих подруг не всегда сразу замечают, а тут нате, обратил внимание на отрез шёлка не по сезону. И ладно бы на Шель, но на мне?
Не к добру это, ох, не к добру.
– В самый раз, – ответила я и крепче сжала ладонями чашку с остатками кофе, потому как тут же захотелось почесать место укуса. – Нынче шейные платки в моде. Хотя о чём это я? Когда ты у нас в женской моде разбирался?
Звонок в ворота раздался неожиданно, заставив Шель вздрогнуть, а меня поморщиться от его резкости, но Нордан и бровью не повёл.
– В моде я не разбираюсь, согласен, однако пока ещё не потерял весьма полезный навык отмечать внезапные новшества во внешнем виде собеседников. Как нам с Бевом втолковывал Дрэйк когда-то – истинные намерения раскрываются в мелочах, – Нордан чуть прищурился, словно мог видеть сквозь лазурные складки ткани или понять по запаху, что некий наглый кошак заявил на меня свои права.
Неизвестный визитёр продолжал настойчиво звонить. Нордан раздражённо нахмурился.
– Да откроет кто-нибудь эту диргову дверь?!
– Сам и открывай, слуг здесь нет, – донёсся откуда-то из глубины дома голос Бевана.
– Я открою, – Шель поднялась было из-за стола, но Нордан жестом остановил её.
– Не вздумай пока и шага делать без надёжного сопровождения за пределы полога. Пусть Лиса сходит.
– Что-о?! – опешила я.
– Давай иди, посмотри, кого там опять принесло, – непререкаемо скомандовал ледышка, наглый не меньше, чем некоторые мохнатые.
Я залпом допила кофе и пошла открывать. Вот в тысячный раз уже говорю себе: нельзя критиковать выбор подруги, нельзя! Любит она за что-то – пусть я и три года спустя не могу взять в толк, за что именно, внешность Нордана, и та далека от идеала, – этого ревнивого ледяного деспота-собственника, и прекрасно! Главное, что он тоже Шель обожает, пылинки с неё сдувает и Дрэйка терпит, а остальное меня не касается.
За дверью в воротах обнаружился курьер. Я расписалась за оплаченный отправителем букет – к немалому моему удивлению, скромные маленькие фиалки глубокого бархатного оттенка ночного неба и с тонким нежным запахом – и, забрав цветы, вернулась под защиту ограды и полога. К букету прилагалась традиционная карточка.