– Держал бы ты язык свой поганый при себе, – искренне посоветовала я. – А то так и до беды недалеко.
– У членов братства не бывает детей, – повторил Эрин и вдруг расплылся в несколько ошалелой и донельзя довольной улыбке. – На леди привязка и привязка двойная, а любая привязка автоматом подразумевает повышенную готовность пары к размножению… Пёс подери, девушка беременна от члена братства…
Мои пальцы нащупали металлический кузов миниатюрного грузовика, стоявшего полкой ниже. И магазин из дорогих – по дешёвым Дрэйк не ходит в принципе, – товар тут качественный, под стать прихотям клиентов, народу в зале немного и если прицелиться получше, то даже детской машинкой можно причинить вполне себе неплохой вред.
Главный вопрос – куда потом труп прятать, но уверена, Дрэйк что-нибудь придумает, ему не впервой. Сожжет на худой конец.
– И леди исчезла практически на три года… за этот срок как раз можно выносить и родить ребёнка, и он подрасти успеет… вернее, она, – кажется, в голове кошака слегка помутилось от осознания способности собратьев к воспроизводству потомства. Во всяком случае, выглядит Эрин соответственно – бормочет как помешанный, глаза бегают, на лице блаженная улыбка счастливого идиота. – Выходит, у них даже не один детёныш? Ведь не на вырост же они кукол собираются покупать?
Я сжала пальцы на кузове.
А это тебе, пуфик криволапый, за метку!
Ударила я со всей силы, с чувством. И злость за укус вложила. И за внеплановый тройничок. И за испорченную ночь. И…
Руку перехватили на полпути. Глазом моргнуть не успела, как Эрин дёрнул мою конечность вместе с машинкой вниз и прижал меня к полкам стеллажа, свободной рукой притиснув мой локоть к моей же сумке под мышкой. Твою ж чащу! Хоть и худощавый в человеческой ипостаси, но мощь зверя, самца, более сильного и крупного, чем самка кицунэ, я почувствовала остро, до раздражающего инстинктивного желания подчиниться, сменить агрессию на завлечение.
– Что же ты так, Лисонька? – нежно проворковал кошак, приблизив своё лицо к моему. – Не годится бить будущего супруга.
– Какой, к псам подземного мира, супруг?! – это он что, себя, драгоценного, в виду имеет?
– На тебе моя метка, конфетка, – и скалится самодовольно во все тридцать два человеческих зуба. – А значит, ты мо-оя… и даже наша.
– Я согласия на эту метку не давала, а значит, я не твоя, – ответила в тон. – Нельзя втихомолку кусать самку и заявлять, что она принадлежит тебе.
Посмотрела поверх плеча Эрина на Шель и Дрэйка. В мою сторону по-прежнему ни единого взгляда, спорят о чём-то. Судя по выражению лиц обоих и бурной жестикуляции Шель, Дрэйк всерьёз вознамерился скупить-таки пол-отдела, а подруга пыталась отговорить его от ненужных трат.
– Наша, – снисходительно поправил Эрин. – И ты не просто согласилась, ты сама сделала предложение. Брачное. Мне и Юлиану. Этой дивной прошлой ночью, воспоминания о которой не дают мне покоя. Всякий раз, когда я думаю о твоей аппетитной упругой по…
Твою ж… Мою ж… О-о! Да быть того не может! Никак не может!
Я не могла!!
Или могла?
– Врёш-ш-шь, – перебила я намечающиеся сексуальные оды частям моего тела.
– Честен, как пред ликом Праматери. И я был так любезен, что ответил согласием сразу, – ещё немного, и кошака впору будет ночью вместо фонарика использовать – вон как светится от радости да гордости, того и гляди, глаза засияют, словно маяк во тьме, и уши загорятся победным факелом. – Юлиан тоже, но, учитывая, что он был в состоянии менее вменяемом, чем я, и мог что-то не запомнить, то ему я на всякий случай сделал повторное брачное предложение сегодня утром.
Это не по нему ли маг решение принял, сообщить о котором собирается на скачках? Надеюсь, Юлиан не намерен лезть в эту брачно-пьяную аферу с неизвестным пока дальним прицелом.
Тогда о чём он собирается сообщать? Официально уведомить, что отказывается от великой чести стать моим вторым мужем? А цветы в таком случае зачем прислал?
Мне нравятся фиалки. Намного больше, чем лилии.
Настолько больше, что утром я битый час не выпускала букетик из рук.