«Какие девушки, Лис? Они меня не интересуют… То есть интересуют, но не в том плане, чтобы вслед за девчонкой по континенту мотаться».
Понятно. Или в гонщики хочет податься, или в автомеханики, причём последнее вероятнее.
Особенно если родители затею сына не оценят и откажутся давать деньги.
«Ты хорошо подумал?»
«Но тебя же отпустили в империю. И не возражали, когда ты сорвалась к псам подземного мира».
«Это другое. И из империи я уехала не по собственному капризу».
«Ну да, сестра по духу, разуму, прошлые жизни и всё такое. А если у тебя мечта в настоящем, то это, выходит, неважно?»
Уже слышу едкий тон брата, возмущённый и вызывающий.
«Важно, просто… пойми меня правильно, Кайл, ты называешь Гаалию глушью и по-своему ты прав. Жизнь в большом городе, действительно большом совсем другая и ты должен быть уверен, что справишься, несмотря на трудности, коих там может возникнуть немало. Когда я три года назад жила в Эллоране, я едва могла позволить себе маленькую квартиру в более-менее приличном районе и водителя, всё остальное «съедала» одежда для балов».
«Я не собираюсь просиживать хвосты на светских мероприятиях».
«А что ты собираешься делать?»
Ответ пришёл не сразу и почему-то на линованном листке. До этого Кайл писал на чистом.
«Жду через пять минут на улице за вашим домом. Э.»
Твою ж чащу!
А кошак-то какого пса влез в мою переписку с братом?!
Я посидела, с подозрением разглядывая записку и ожидая ответа от Кайла. То ли послание от брата запаздывало, то ли Кайл решил накатать роман в трёх томах, то ли отвлёкся на другие дела. Я скомкала бумажку, встала, сунула её в карман брюк и выключила в комнате свет. На всякий случай прислушалась. В доме тихо, похоже, спят все, кроме бессонной меня. Что ж, ладно, пойду посмотрю, не задумал ли Эрин диверсии какой.
Спальню я покинула через окно – второй этаж не преграда для оборотня, – в поисках подходящей смотровой площадки немного покружила по небольшому заросшему саду за домом. Ограда у нынешнего логова добротная, высокая и глухая, и пышные кроны деревьев заслоняли окна, не позволяя из соседних домов как следует разглядеть, что происходит внутри. Ветви яблонь, растущих вдоль ограды, местами нависали над задней улочкой, тесной и узкой, но защитный полог решал проблему проникновения через забор кого-то слишком ловкого и прыгучего. С неожиданной ностальгией припомнив дни юности беззаботной, я забралась на одну из яблонь, осмотрела с высоты улицу. Напротив двухэтажные дома ровной линией в обрамлении садов, тоже выходящие на улицу задней частью, в отдельных окнах горел свет, где-то вдали раздражающе лаяла собака. Фонарей нет, по обеим сторонам припаркованы редкие машины – у большинства местных есть гаражи на частной территории, да и кто бросит автомобиль не пойми где, если можно поставить у себя во дворе?
– Лисичек на дереве мне видеть ещё не доводилось, – донёсся снизу восторженный голос этого мерзкого, мерзкого кошака.
Сам Эрин стоял возле нашей ограды и с интересом рассматривал меня зелёными кошачьими глазами, слабо фосфоресцирующими в сумерках.
– Ты какого пса здесь делаешь? – прошипела я, осторожно свесившись с занятой мной ветки. – Тебе совсем уже инстинкт самосохранения отказал с мозгами за компанию?
– Не спится что-то, – пожаловался Эрин. – Холодно и одиноко в пустой постели.
– Ну так девочку сними или сразу парочку, чтоб наверняка уж не помереть от переохлаждения.
– Лисонька, зачем мне какие-то девочки, если у меня есть настоящая пара? – и взгляд такой невинный, искренне недоумевающий, аж противно.
– И иди себе к своей паре. Здесь-то ты чего шастаешь?
– Я и пришёл. Чую, ты тоже не спишь, ну и послал тебе записку.
А полог так устроен, что пропускал любую письменную корреспонденцию, не важно от кого, лишь бы адресат значился находящимся под его защитой.
– Спускайся сюда, – позвал Эрин.
– На кой? – задалась я резонным вопросом.
Кошак небрежно повёл плечом и глянул этак многозначительно.
– Я тебе не девочка по вызову, чтобы твоё одиночество скрашивать, когда оно тебе под хвост ударит, – нашёл детёныша неразумного! Сейчас я выйду из-под защиты, и делай со мной что хочешь – убей, искалечь, похить, используй в качестве рычага воздействия на мятежных собратьев. – Тем более по подворотням.