У меня сердце бешено застучало, от его слов, а когда он, не отводя взгляда, начал опускать руку вниз, так и вовсе грозило выскочить из грудной клетки. Пальцы мужчины, пробежали по бедру, дотронулись до края юбки. А затем нагло задрали подол, он погладил нежную кожу внутренней части бедра, а меня мурашить начало. Я схватилась за его плечи. Под своими ладонями чувствовала силу и мощь мужчины. Длинный палец скользнул под тонкую ткань трусиков и легонько потянул ее вниз. Я резко вдохнула. Внутри все начало огнем гореть и плавится.
Я до сих пор не понимаю, почему так реагирую на Илью! Как такое возможно? Он унизил меня, смешал с дерьмом, я пыталась его избить… Но вот она я, растекаюсь лужицей перед этим мужчиной.
Пока в голове проносились мысли, Илья засунул руку под резинку моих трусиков. Я ахнула, когда почувствовала, как его палец ласкает нежную кожу. А затем он прикасается к клитору, начинает водить пальцем по кругу. И без какого – либо предупреждения вводит его внутрь. Я прикусила губу, стараясь сдержать стон, но безуспешно. Сильнее стиснула Грацианова за плечи. Открыла глаза и увидела, как он напряжен. На его лбу выступили капельки пота.
– Твою мать, – тихо выругался он, – Ты такая мокрая.
Илья закрыл глаза и, кажется, вел внутреннюю борьбу с самим собой. Опустила взгляд вниз и обнаружила, что мужчина и сам заведен до предела. Не открывая глаз, Илья вытащил палец и смял в кулаке ткань моих трусиков. И одним быстрым движением Илья сорвал их с меня. В тишине салона послышался треск рвущейся ткани. На секунду, мне даже страшно стало. Но всего на одно мгновение. Меня накрыло волной неконтролируемой похоти. В мозгу картинки одна порочней другой всего, что Илья мог со мной сделать.
Его пальцы вновь скользнули внутрь меня, я застонала. Как же хорошо, твою мать. Одной рукой он грубо держал меня за бедро. Его прикосновения были далеки от нежности, но мне это нравилось.
Я схватила Илью за затылок и приблизила наши лица. Мы не отрывали друг от друга взгляда. Я подалась вперед и поцеловала его. Его губы были совершенны на вкус. Твердые и мягкие одновременно. Еще ни один поцелуй не заставлял меня терять рассудок. Но сейчас… Сейчас я чувствую, что Илья не просто целует – клеймит. Словно имеет на меня все право… А я ему позволяю. Илья нашел идеальный ритм, язык у меня во рту вторит движениям пальца, который внутри меня. Я чувствую такую наполненность. Еще немного и меня накроет оргазм.
Грацианов задрал на мне майку и спустил вниз лифчик. Его ладони обхватили мою грудь, а пальцы заскользили по напряженным соскам. Его темный, напряженный взгляд не отрывался от моего лица. Его грубые ладони почти причиняли боль, терзали. Но вместо того чтобы сказать ему прекратить или отпрянуть, я вдавилась грудью в них. Мне хотелось этого. Хотелось еще сильней, еще жестче.
Зарычав, Илья сильнее сжал пальцы. А я отстраненно подумала, что вновь оставит синяки. И, с удивлением поняла, что хочу этого. Я хотела запомнить эти ощущения, хотела, чтобы он меня пометил. Я вся горела и каждой клеточкой своего тела жаждала его грубых прикосновений.
Оргазм неожиданной волной прокатился по телу. Я застонала, не в силах больше сдерживать рвущиеся наружу крики.
Я прикусила нижнюю губу мужчины, а мои руки потянулись вниз, к его джинсам. Я пыталась расстегнуть пояс трясущимися руками. Грацианов перехватил мои руки.
– Что? – подняла на него непонимающий взгляд.
– Я уже говорил, – голос хриплый, – Что я всегда делаю только то, что хочу сам. И трахать я буду тебя, Алена, на своих условиях.
Я все еще плохо соображала… Или он только что послал меня?!
– Какого хрена?! – заорала я и попыталась влепить мудаку пощечину.
Он лишь ухмыльнулся и крепче перехватил мои руки.
– Такого, – тихо говорит и смотрит в глаза, – У нас компания, – кивает в сторону лобового окна.
Я поворачиваюсь и вижу, что возле машины стоит заливаясь краской молодой паренек. Я даже успела рассмотреть бейдж на его жилите, где было написано администратор.
И тут до меня доходит весь срам ситуации! Я судорожно начинаю прикрывать грудь, и в то же время поправляю на себе юбку.
– Мудак! – рычу на Грацианова, а он смеется.
Слышу, как в окно постучали, а этот козел открыл окно! Мне было стыдно, черт возьми! Поэтому, я не придумала ничего лучше, чем спрятать лицо на груди Ильи.
– П – простите, – услышала голос администратора, – Но это стоянка нашего ресторана и здесь нельзя… Э… Ну… Вы понимаете? Я прошу вас уехать, пока мы не приняли более серьезные меры.
– Более серьезные меры? – переспросил Илюша, – Но девушка еще не готова и хочет продолжения.