– За ним и иду, – выходит Кайманов.
– Я тоже за ним, – вслед идёт Яр, – заодно собак загоню, пока они не пронюхали, что здесь вообще нет заборов.
И тоже уходит. Лина проходит мимо, с Элей здороваться, когда Женя добавляет:
– Надо бы огнетушитель поближе поставить, и уже куда-то уходя, бурчит себе под нос: – Как я люблю все эти совместные праздники.
Глава 3. Ева
– Ладно, девочки, колитесь, кто что натворил? – не выдерживаю первая.
Атмосфера почему-то даже между нами сгустившаяся. Все точно в своих мыслях находятся. Крис нарезает тоненько сыр, для чего – непонятно, для стола ещё рано, двенадцать часов дня, притом смотрит так на него, будто он совершил против неё какой-то проступок. Лина разбирает пакеты и холодильник забивает продуктами. А я рассматриваю этикетку на бутылке вина, которая стояла на специальных полках под стойкой, кручу её и тоже частично нахожусь в своих мыслях. Хотя и точно не так, как Крис с Линой. У нас с Яром по сути ничего и не произошло.
Попылил слегка, отойдёт быстро, это Яр, я привыкла, а вот у них такое ощущение, что происходит что-то сереьёзное. Так что, я больше гадаю, с чего все держаться так, будто мы на похоронах, а не в предвкушении праздника.
Первая на меня реагирует Крис, отрывается от занятия своего и взгляд подозрительный переводит, будто может ошибаться, правильно ли меня понимает.
– Ты про что?
– Ну… вот ты, например, злая и недовольная, – констатирую факт, от которого она никак не сможет отделаться. – Что происходит? Ты виновата или Арс?
А Крис и секунды не ждёт:
– Твой муж, – парирует очень даже спокойно, будто так оно и есть.
Вот же обманщица! И как у неё получается так переворачивать всё за секунду? Ну всегда же находит ответ! Завидую до безумия… мне бы такой навык точно пригодился, когда спорю с Яром.
– Эй, – возмущаюсь я, – неправда!
Но она и тут остаётся непоколебима.
– Правда, Ева, смирись, что он у тебя вселенский косячник.
– Вообще-то, Яр ещё и твой брат, – очень кстати подмечаю.
С чего я одна за него отдуваюсь? Мы вместе с ней в этой лодке. А Крис и здесь находит, чем парировать мне. Ножом на меня указывает.
– Вот именно! Я даже не могу как следует поссориться с ним, не поможет, он все равно меня будет пытать. В отличие от тебя, вот и перевоспитывай, чтоб он не обзывал больше девушек страшными.
И снова ведь переворачивает, будто не знает, что именно сказал ей Яр.
– Он сказал, что ты плохо выглядишь, и это…
– Правда, – договаривает за меня Лина, оказываясь возле Крис и ставя рядом с её сыром оливки.
И я начинаю понимать, что оказывается единственная, кто ещё не планирует выпить.
Двенадцать часов дня… мы же до ночи не доживем, если начнём прямо сейчас.
Теперь всё недовольство Крис переброшено на Лину, когда она к ней поворачивается. Еще и смотрит так, будто предлагает взять сию секунду свои слова обратно.
– Но это правда, Крис, – не уступает ей та, – удивительно, как здесь ещё нет очереди из фитнес инструкторов и диетологов, желающих раскрыть твой секрет. Сколько мы тебя не видели? Три недели? А ты… – и взглядом с головы до ног, оценивая.
Я выдаю своё предположение первой:
– Пять?
Лина смотрит на меня.
– Если бы не знала, что она и так весила, как Дюймовочка, сказала бы, что все десять.
Крис сейчас нас взглядом сожжет.
– Ну вы и… – пораженно, с шумным вздохом и с неверующими глазами широкими.
Головой качает, не зная, что нам ответить.
– Уму непостижимо, предательницы! – всё таки выдаёт своё мнение. – И где же та самая женская солидарность, о которой все только трещат?
Крис отодвигает от себя сыр, всё еще качая головой и обжигая нас по-очерёдности взглядом, а потом подходит ко мне, отбирая бутылку. Даже и не смотрит, что я достала, сразу за штопором и так лихо его открывает, будто делает это каждую минуту. Секунда, снимает сверху бокал, переворачивает и наливает, а вот взять?
Не успевает.
Прямо из-под носа уводят бокал, а я на Арса таращусь во все глаза, не понимая, как он…
Назад смотрю, ведь только же был у ёлки! А тут он уже молча у раковины выливает вино. И он… Серьёзно, кто подменил этого парня?