На Арса таращатся все. Но если мы с Линой сокрушенно, то Крис – нет, я ошиблась, вот, кого она сейчас спалит заживо!
И тут…
О Боже!
– Ты – беременна! – в шоке и криком, еще и руку прикладывая ко рту, так как это же…
У меня воздуха не хватает, чтобы хотя мысленно это переварить!
Но…
– Нет! – прилетает аж в двойном варианте.
Хором и громко. Но если от Крис больше испуганно, то от Арса так, что даже я затыкаюсь. И всё еще во все глаза на него. Лина то на меня, то на Арса. Он еще голос умеет повышать?
И почему Крис на него смотрит так, будто для неё это не открытие, что ее муж может на неё гаркать?
Более того, она ведёт себя совершенно обычно, недовольно, но точно не в шоке:
– Я просто бы его подержала! Успокаивает меня.
Но Арс её игнорирует, бокал заменяет и воды в него наливает, тут же в руки ей его впихивает, проходя мимо со словами:
– С водичкой подержишь, – и уходит ни на кого больше не глядя.
– Ну, вот, наверное, и ответ, что…
Не договариваю, что она виновата, очевидно же, Крис режет взглядом, предупреждая, чтобы молчала.
Молчу. Но недолго. Шёпотом теперь спрашиваю, ещё и старательно аккуратно, чтобы меня не подожгли за компанию:
– Ты – беременна?
А на меня снова взгляд такой от неё, что я руки аж вскидываю:
– Господи, это же реально у вас семейное с Яром, заводитесь за секунду!
– Я похожа на беременную?
А за спиной её:
– Да.
Когда Лина стала говорить всё так прямо? Я снова оглядываюсь по сторонам, проверяя, точно ли нахожусь в своей версии вселенной. Арс, который умеет повышать голос, Крис, которую можно приструнить этим голосом и Лина, которая будто с Егором местами махнулась…
И почему-то Лине Крис ничего не отвечает, как мне. Молчит, точно задумывается о чём-то и… отпивает из бокала воды, а потом спокойно уже говорит:
– Я не беременна, забудьте, – и тут же куда-то уходит.
Арс? Больше не с детьми у ёлки. Там вообще остались только Эля с сестрой, собирают снова конструктор. Наши с Линой мужья у машин. Рим с ними. И почему-то все втроем смотрят в открытый багажник Кайманова. Сосредоточено еще так и хмуро.
– Ладно, а вдруг со второго раза получится угадать, – заговариваю, так и глядя на парней.
Даже ведь не шевелятся… хотя нет, Яр идёт к багажнику Жени, тоже открытому, что-то оценивает и говорит им, поворачиваясь.
– У вас в багажнике труп?
Лина отвлекается от оливок, которые вытаскивает одну за другой.
– Что? – и так, точно действительно меня не слышала.
Я вздыхаю, ну серьезно, что с ними всеми творится? Встаю и сама достаю бокалы, наливаю один себе и уже тянусь за вторым, когда Лина меня останавливает:
– Я не буду, – говорит.
И все ещё продолжает оливки уплетать одну за одной. Я выпиваю почти весь бокал за один раз.
– Ну хоть что-то мне расскажи? – развожу руками. – Вы тоже с Егором в ссоре, вот я и предположила. Он кого-то убил и привёз…
Хочу взмахнуть в сторону парней, но они уже все в нашем багажнике что-то ищут. Озадаченные до нельзя.
– Салюты снова забыли, – озвучивает мои мысли Лина.
– По-любому. Какой год подряд?
– Третий?
– Дети опять…
И тут я замолкаю, вновь оглядывая гостиную. Арс не с детьми доходит до меня основательно.
– А где дети?
Лина сама откладывает банку с оливками и выглядывает из-за стойки.
– С Арсом же были.
– Но Арс ушёл.
Не нагнетаю раньше времени, но в доме чересчур тихо, в нем детей точно нет.
– Эль, – выхожу из-за стойки, – ты не видела Рор с Киром?
А Эля сама на меня, точно только вынырнула откуда-то. Осматривается по сторонам.
– Вроде на улицу собирались.
Я на окна, Лина идёт к другой стороне, со всех сторон одни окна, а их нигде нет. А тут как нельзя кстати Арс возвращается откуда-то из другой части дома. Всё ещё стараюсь не нервничать, но это не поддаётся контролю, сердце ухает до оглушения, когда иду навстречу ему.